Книга Развод. Попробуй, верни меня!, страница 109 – Ольга Белозубова

Тесто сухое, словно пергамент. Рассыпается во рту на мелкие крошки, которые приходится запивать водой, иначе просто не проглотишь. Мясо жесткое, как резиновая подошва. Я честно старался жевать, но оно никак не поддается, только челюсти устали. Лук либо сырой, либо переваренный — не пойму. Специй явно перебор, причем не тех, что нужны.

А ведь это, судя по виду и начинке, Дианин фирменный пирог.

Вот только у Дианы он был произведением искусства.

Тесто золотистое, румяное, хрустящее снаружи и нежное, буквально тающее во рту внутри. Мясо — сочное, мягкое, пропитанное соусом. А аромат... когда она доставала его из духовки, кухня наполнялась таким запахом, что слюнки текли еще до того, как я успевал подойти к столу. Можно было съесть половину за раз и не заметить.

А этот пирог... этот пирог хочется выплюнуть.

Я с трудом проглатываю кусок, запиваю водой и откладываю вилку.

— Что-то не так? — тут же спрашивает Аня, и в ее голосе слышится напряжение. — Я все делала по рецепту.

М-да. Похоже, рецепт из книги «Как сделать так, чтобы вас больше не просили готовить».

— Не так, — говорю честно, потому что не вижу смысла врать. — Сухой.

Аня вздрагивает, как от удара.

— Но я же... я точно следовала рецепту!

— Может, рецепт не тот, — пожимаю плечами.

Она молчит, стоит и смотрит на меня широко распахнутыми глазами. В них уже блестят слезы.

Черт.

Похоже, придется снова возвращаться к доставке из ресторанов. Зря я велел Ане побольше готовить самой — соскучился я по домашней еде. Однако кухарка из нее, честно говоря, так себе. Может, и не совсем ужасная, но по сравнению с Дианой — вообще небо и земля.

Хозяйка, впрочем, тоже.

Диана всегда знала, как организовать быт. Дом был чистый, уютный, все на своих местах. Холодильник всегда полон, одежда постирана и поглажена, счета оплачены вовремя. Она справлялась со всем этим легко, без напряжения, как будто это было само собой разумеющимся.

У Ани же постоянный хаос. То забудет купить что-то нужное, то перепутает. Понятно, что не привыкла, ну так пора учиться. Это ж не бином Ньютона, что сложного?

Аня считывает мои эмоции и мгновенно мрачнеет. Глаза наполняются слезами.

— Не понравилось? — всхлипывает она, и голос дрожит. — А я так старалась...

Ну, начинается.

— Только не реви, — приказываю резче, чем хотел. — Подумаешь, пирог вышел паршивый. Больше его не готовь, и все.

Вместо того чтобы успокоить, мои слова действуют на нее как спичка на бензин.

Аня громко всхлипывает, вскакивает с места, хватает мою тарелку с недоеденным куском и со всей силы швыряет его в мусорное ведро.

— Закажи доставку, раз моя еда такая паршивая! — кричит она срывающимся голосом и бросается вон из кухни.

Я качаю головой, глядя ей вслед.

Что я такого сказал? Что пирог невкусный? Так правда ведь. Зачем делать из этого трагедию?

Я поджимаю губы и барабаню пальцами по столу.

Пойти за ней?

Э, нет. А то еще решит, что может себе позволять такие истерики. Пусть лучше посидит одна, подуется и успокоится. Сама вернется, когда поймет, что вела себя глупо.

Хотя, если честно, даже странно, что Аня так взорвалась. Обычно она более сдержанная. Особенно в последние пару месяцев, после операции из-за внематочной беременности.

Тогда, когда она позвонила мне из больницы и все рассказала, я, конечно, приехал. Сидел рядом, держал за руку, успокаивал.