Книга Учительница сына. Будешь моей, страница 21 – Анастасия Сова

— Но Ва…

— К утру! — повторю для особо одаренных, а сам пока хватаю со стола свой телефон.

У меня разговор с людьми в принципе короткий. И невдомек, когда Галина успела об этом забыть.

Даже не знаю, что сейчас больше меня напрягает: то, что сын попал в неприятную ситуацию (хотя какого хрена он по квартирам молодых учительниц таскается?), или, что мой трах-вечер с Дианой Игоревной неожиданно переносится на неопределенный срок.

В том, что она пришла бы, я не сомневаюсь. Она же не дура. Хотя, даже дура поняла бы, ведь я доходчиво объяснил все.

Всю дорогу не оставляет вопрос, что Захар у нее делал?

Он у меня парень горячий. Моя копия того возраста. Различие одно — я лет с четырнадцати старался заработать. Брался за все. Даже стекла в тачках мыл и фары протирал. Убирал говно за коровами на ферме, недалеко от города. Все это не приносило нормального дохода, но я не сдавался. Мне нужен был стартовый капитал, который я усердно копил.

А потом понял — дерьмо это все. Ввязался в криминал. А там пошло-поехало. Уже в двадцать два я ощутимо поднялся, воротил такими делами, что гордиться нечем.

Но мне нравилось, если честно. Тогда я был на своем месте, а сейчас… порой клонит в ту сторону.

По дому до сих пор распиханы стволы. Наверное, потому, что я не признаю охрану. Если кто-то и может постоять за меня и Захара, то это я сам.

Хотя, кончено, я не хочу подобной судьбы для своего ребенка. И он никогда не должен узнать, какой багаж я несу за своими плечами.

А теперь я бизнесмен, блядь!

Так это называется.

Белоснежная рубашечка без капли крови. Дорогие часы. Тачки, шлюхи — что пожелаешь. Одного нет — эмоций, что могли бы дать понять, что внутри я живой.

В квартире учительницы меня встречает Захар.

— Рассказывай! — приказываю ему с порога.

— Ну, я это… пришел, а она, сказала, что плохо, и вот.

— Красноречиво, — оцениваю мастерство сына пересказывать истории.

— Я охренеть, как испугался! — признается Захар.

— А чтобы не пугаться, нужно меньше по домам училок шляться!

Пока прохожу, невольно оцениваю обстановку в квартире. Чисто, но бедно. Совсем просто. Теперь моя мысль о том, что дожму учительницу, только укрепилась.

— Да она меня позвала с заданиями помочь, — Захар идет за мной вслед, пока я прохожу вглубь квартиры. — А ты знаешь, у нас траблы, согласиться пришлось.

Вот сучка.

— А, ну, на меня смотри! — останавливаюсь и заглядываю Захару в глаза. — Надеюсь, в трусы ей не лез?

Хотел бы я сейчас, чтобы во мне играло отцовское начало и чувство приличия, но я отдаю себе отчет, что дело вовсе не в этом. Не люблю, когда мое трогают.

— Я же сказал! Хотел с заданиями разобраться! Тебе, что, тетрадь показать?

К этому моменту мы как раз доходим до комнаты, где спит Спящая Красавица. Замираю и смотрю на нее.

— Скорая сказала, ничего страшного нет, надо просто дать отдохнуть. Но я обосрался реально!

Беру в руку хрупкое запястье учительницы. Пульс ровный, хорошо прощупывается.

И ручка такая у нее маленькая… нежная прохладная кожа…

— Ладно, домой дуй. Сам здесь посижу.

— В смысле?! — не втыкает отпрыск.

— В прямом! Нечего тебе тут делать. Девчонка придет в себя, объясню ей все.

— Ну… ладно, — Захар соглашается с неохотой. Хотя и понимаю, что протухать в квартире со Спящей Красавицей — вовсе не то, чем он хотел бы заняться. — Но, если че, я оценку собирался исправлять… Если она там то-то другое начнет говорить, это сильно ударилась потому что… Сорри, — сыну кто-то звонит, и он быстро переключает внимание на входящий вызов. А потом и вовсе уходит из квартиры, как я и попросил.