Книга Хулиганка для ботаника, страница 127 – Виктория Рогозина

Он вернулся на диван, плюхнулся в подушки и с деланным облегчением вздохнул, листая страницу.

— Надо было попкорн взять, — пробормотал он. — Спектакль обещает быть не хуже прошлогоднего «Я не пойду в этом купальнике на пляж».

Из-за двери донёсся гневный вскрик Алисы, потом неразборчивая тирада Милы, потом звук чего-то мягкого, но явно брошенного с силой.

Валера устроился поудобнее, терпеливо ожидая, когда снова воцарится мир. Или хотя бы перемирие.

Алиса молча сидела на полу, привалившись к кровати, взгляд упрямо устремлён в угол. На щеках всё ещё горели следы от бурной дискуссии с Милой — не слёзы, нет, а скорее жар стыда и злости. На себя, на Милу, на Матвея, на всех сразу.

Мила тяжело дыша села за стол и начала поправлять макияж. Щёки были алыми, волосы растрёпаны, но в глазах уже мелькало то самое боевое, упрямое спокойствие. Она взяла помаду, подправила уголки губ, потом посмотрела на Алису в зеркало и тихо, почти ласково, спросила:

— Назови хоть одну вескую причину не идти туда?

Алиса не сразу ответила. Помолчала. Потом коротко, тихо, без выражения:

— Там будет Матвей.

Мила с громким стоном откинулась на спинку стула, закатила глаза и приложила ладонь ко лбу, будто у неё начался приступ мигрени от бестолковости человеческой расы.

— С вами невозможно, — пробормотала она. — Просто невозможно. Это какая-то карма. Космическая, безнадёжная карма.

Она снова вздохнула, глубоко, всем корпусом, словно ныряя в океан с головой, и, глядя в потолок, произнесла:

— Была не была. Знаешь что, Алиса? Матвей из кожи вон лезет, чтобы завоевать твоё доверие. Да, он всё делает криво, изворотливо, через пятую дверь, но делает. Он купил тебе компьютер, помнишь? А потом зачем-то соврал, будто это колледж подарил. Потому что знает: ты не примешь его подарок.

Алиса моргнула. Тень удивления мелькнула в глазах.

— И платье. — Мила кивнула. — Да-да. Тоже он. Принёс под видом «анонимной посылки от поклонника» и сделал вид, будто тебе просто «повезло». Потому что ты упрямая, как бронетехника, и гордая, как хищная птица. Он это понял и решил схитрить.

Она встала и подошла к Алисе, опускаясь рядом на пол. Мягче, спокойнее:

— Знаешь, Алис, он ведь правда готов действовать. Он просто... не умеет как ты — словами, открыто. Он из тех, кто не просит — он создаёт условия. И если ему что-то не нравится — он просто меняет вектор. И всё начинает двигаться по-другому.

Алиса молчала. Мысли в голове запутались, как провода в её лаборатории. Матвей. Компьютер. Платье. Он был рядом, всё это время. Просто — по-своему. Мила положила ладонь на руку подруги и тихо добавила:

— Дай ему шанс. Или хотя бы — дай себе шанс. Кто сказал, что ты не заслужила счастья?

Алиса сидела, сцепив пальцы на коленях, и тихо, почти не дыша, спросила:

— А если... если не получится? Счастья в этих отношениях.

Мила хмыкнула, убирая с лица прядь и с лёгким, почти философским вздохом ответила:

— Проще попробовать, чем всю жизнь гадать, что было бы, если бы...

Алиса усмехнулась, но в этой усмешке была горечь, почти ядовитая:

— Ну тогда почему ты сама не хватаешься за своё «счастье»?

Мила замерла, будто её окатили ледяной водой.

— Что?

— Ты что, правда не замечаешь? — Алиса устало выдохнула, глядя на подругу. — Валера. Он же в тебя влюблён. По уши. Без памяти. Он вечно рядом, защищает, поддерживает. Неужели ты этого не видишь?