Книга Твои условия, страница 106 – Лина Мур

Дым клубится между деревьев. Сигнальные огни горят, и машина врезалась в дерево. Бросаю свою машину и несусь к месту аварии, по пути набирая общий номер скорой. Я требую, чтобы они прислали мне скорую прямо на это самое место, а потом отправляю им локацию. Добежав до искорёженной машины, которая должна вот-вот взорваться, судя по всему, моё сердце едва не останавливается.

— Раэлия! Нет, чёрт, нет! — кричу я, открывая дверь с её стороны.

Она лежит без сознания головой на подушке безопасности. Из её носа идёт кровь. Других повреждений я не вижу, и слава богу, что она была пристёгнута.

Вытаскиваю её из машины и бегу с ней к дороге. Подальше от места аварии. Упав на колени, я держу её на своих руках.

— Раэлия, пожалуйста, открой глаза. Раэлия, — мягко тереблю по щеке, но её голова безвольно падает мне на плечо. Я кладу её на землю и проверяю пульс. Она ровно дышит, словно спит. Осматриваю её руки, ноги, рёбра. Прощупываю их, боясь найти хотя бы одно повреждение. Но ничего нет. Я не чувствую никаких переломов или же трещин. И внезапно понимаю, что ещё час назад я не помнил всего этого. Я не мог так тщательно и осторожно произвести внешний осмотр человека. Не мог даже вспомнить медицинские термины, но сейчас всё помню. Моя жизнь возвращается обратно, хотя меня это волнует меньше всего.

Подъезжает машина скорой помощи, и я быстро объясняю, что случилось. А также бросаю маячок для охраны Доминика, одна из групп, которая не задействована сегодня на свадьбе, должна приехать сюда и проверить машину. Что случилось? Раэлия явно несильно пострадала. Она была пристёгнута, но вылетела на обочину, и остановили машину деревья. Раэлия не нажала на педаль тормоза, хотя это было бы самым логичным, если машину занесло. Так что есть два варианта: или в машине были повреждены тормоза, и Раэлия просто не могла сделать это, или же ей стало плохо, и она не успела среагировать.

Приехав в больницу, я ничего не сообщаю Доминику, потому что мне нужны наводки. Злость и бессилие играют внутри меня. Грёбаный Павел. Я знаю, что это его рук дело. Просто знаю. Я это чувствую. Просто так аварии не случаются, и уж точно не с Раэлией.

Я требую, чтобы мне немедленно предоставили результаты обследования и анализа крови. Получив папку, просматриваю её, читая каждое слово, пока Раэлия ещё находится в смотровой, и ей ставят капельницу с обычным физраствором. Анализ крови в порядке. Там нет ничего такого, что могло бы подсказать мне причины аварии. А также мне звонят с места аварии и сообщают, что тормоза были исправны, но машину всё же отправят на экспертизу. А следом мне присылают запись с видеорегистратора. И как я сразу же о нём не вспомнил? Открываю видео и просматриваю его. Ничего странного сначала не происходит, но потом всё случается так быстро. Раэлия дёргается, часто моргает, а затем её голова падает набок, словно она потеряла сознание.

— Анализ мочи готов? — спрашивая, смотрю на врача, и он кивает.

Медсестра уже несёт их, и теперь всё становится понятным. Снотворное. Огромная доза снотворного, но такая доза должна быть как минимум ощущаемой. Это приличная доза, а снотворное никогда не бывает безвкусным. Никогда. И чтобы убрать горечь или же любой вкус, нужно чем-то перебить этот вкус. Раэлия, на моей памяти, пила исключительно воду, как и я, и коктейль.