Книга Наши запреты, страница 16 – Лина Мур

— Púdrete tú, — выплёвывает она.

Она послала меня на хер на испанском. Давно я не говорил на испанском, и мне очень интересно, откуда белая задница может знать жаргон и сам язык, да ещё и настолько хорошо. Теперь у меня до хрена подозрений.

Снова стреляю. Лейк визжит и подпрыгивает на месте, хватаясь за плечо. Пуля разорвала футболку и оставила после себя ещё одну царапину. Стреляю ей под ноги, и она снова кричит и прыгает. Ещё один выстрел, и опять. Я хриплю от смеха, держась за бок.

— Я могу заставить тебя танцевать всю ночь, куколка, у меня полно патронов. Но не хотел бы. Поэтому я спрошу ещё раз: тебе понятно, что хрен ты куда-то денешься теперь от меня?

Она злобно смотрит на меня исподлобья, держась за плечо, и её серые глаза сверкают от ярости.

— Si.

— Вот и отлично. Мы с тобой поедем в небольшое путешествие. Так что собери свои вещи, даю пару минут, — произношу я и опускаю пистолет, но она не двигается с места.

— Я тебе не верю, засранец. Ты всё равно меня убьёшь, а я ничего плохого не сделала. Я даже помогла тебе. Так что я с места не сдвинусь, можешь убить или предложи мне более выгодные условия, в которых будет фигурировать возможность уехать домой и забыть о тебе.

Удивляясь, выгибаю бровь. Девчонка даже не понимает, с кем говорит. Но она упрямая, смелая и наглая. Напоминает мне Раэлию. Боже мой, это просто наказание мне за все мои грехи.

— У меня нет времени. Я отпущу тебя, когда буду уверен в том, что тебя ко мне не подослали, и ты, действительно, та, за кого себя выдаёшь. Лейк Вью Моин. Серьёзно? Ничего лучше придумать не могла? — фыркаю я и бросаю на кровать её документы. — Другого варианта не будет, Лейк. Я держу своё слово. Если всё это нелепая ошибка, то даже заплачу тебе за неудобства, но я, вообще, в этом не уверен. Так что всё или ничего, решай. Я могу снова запереть тебя в погребе, но в этот раз сяду в твою машину и забуду о тебе. Мне на тебя насрать. Или могу взять тебя с собой в качестве заложницы, понаблюдать за тобой, и ты расскажешь мне правду. А затем мы придём к общему решению.

Она задумывается и тяжело вздыхает.

— Ладно. По крайней мере, у меня ещё есть шанс.

— Испугалась?

— Нет, я тебя не боюсь. И я согласна на это, потому что не хочу подохнуть в этой вонючей дыре. Это просто нечестно. К тому же мне нечего скрывать, и это мои настоящие документы. Если у тебя есть претензии к моему имени, то засунь их в свою наглую, высокомерную и уродливую задницу, засранец, — отвечает она и направляется мимо меня к шкафу, но я успеваю запустить пальцы в её светлые волосы и дёрнуть к себе. Лейк взвизгивает от боли, когда я выгибаю её шею, чтобы она посмотрела на меня.

— Ещё раз будешь говорить со мной так, то я обреку тебя на грёбаные страдания. Умирать ты будешь долго. Уяснила?

Она упрямо смотрит на меня своими злыми глазами и не отвечает. Я едва стою на ногах и применяю последние силы, которые у меня есть. Она не должна знать об этом, поэтому я толкаю её вперёд, и Лейк падает на пол, бормоча себе под нос ругательства. Но потом молча встаёт и открывает шкаф. Она достаёт свой чемодан и быстро бросает в него вещи, как и чёртову сковородку.

— Нет, её оставь здесь, — указываю пистолетом на сковородку.

— Никогда, — рычит она. — Никогда, понял? Я всегда беру её с собой. Это ценный для меня подарок. Так что хрен тебе. Или я поеду с ней, или лучше сдохну.