Книга Наши запреты, страница 137 – Лина Мур

Лейк моргает несколько раз, и её руки даже дрожат, когда она развязывает его и бросает на пол.

Игра началась. Я обожаю эту женщину. Я просто тащусь от всего, что она делает. Я попал, но какая разница, когда передо мной такие перспективы?

Глава 18

Лейк

— Нет! Хватит! Перестань! Нет! — визжу я.

— Перестать? Вот так? — Доминик наваливается на меня сверху.

Я визжу, изворачиваясь в его руках, из моих глаз уже текут слёзы. Его пальцы точно попадают по цели.

— Я сейчас описаюсь! Доминик!

— Это была угроза, — смеётся он и прекращает меня щекотать.

Боже, я слабачка. Не думала, что сдамся так быстро. Вытираю глаза рукой и смотрю на Доминика. В уголках его глаз собрались морщины от громкого смеха, и это очаровательно. Он весь одно огромное очарование.

— Ладно, признаю, что если меня будут пытать щекоткой, то я сдам тебя, — улыбаюсь, смахивая волосы Доминика, свисающие вперёд, чтобы лучше видеть его глаза. Он щипает меня в последний раз, и я, хнычу и выгибаюсь.

Перекатившись и сев на диване, он довольно ухмыляется.

— Я же говорил, что никто их не может вытерпеть.

— Я не верю, что мафия прибегает к чему-то подобному, — улыбаясь, поправляю свою футболку, задравшуюся до груди.

— Придётся. Не важно, какой способ, суть в том, что это пытка. Цель — добраться до нужной информации.

— Ты опасен. Я не хочу быть твоим врагом, ты теперь знаешь все мои слабые стороны, — игриво подмигиваю ему и сажусь на диване. — Скажи, мне уже два дня интересно, а ты же пытал людей?

— Да.

— И… ну, тебе это нравится? Я о том, что ты возбуждаешься от этого? Просто я читала про тех, кому это реально нравится. Они тащатся от пыток других людей, и это им срывает крышу.

— Есть такие. Мы держим в своих рядах разных людей, и есть психи, вроде подобного типа, которых ты описала. Для меня же… хм, это пытки. В них нет ничего возбуждающего, нужно просто добиться цели.

— И у тебя такие люди есть? — спрашивая, заинтересовано смотрю на Доминика.

— Да, и я тебя с ними не познакомлю. Они тебе понравятся, и мне придётся их убить, — смеётся он, откинувшись на диване.

— Это лишь обычное любопытство, и только. Заверяю тебя, — ползу по Доминику и забираюсь на него. Мне нравится лежать на нём. Особенно когда он приходит ко мне в домик, и мы можем лежать на маленьком диване. Он снизу, а я на нём. На нём так уютно. Это уже стало зависимостью.

Прошло два дня с того странного и болезненного ужина в мрачном доме Доминика. Два дня секса, разговоров и переживаний Доминика из-за сегодняшнего приёма в честь помолвки Розы и Роко. И да, я отомстила Роко за его нелепый язык. Он просидел сутки в туалете с сильным несварением кишечника. Но зато это стало для него уроком. Доминику шутка понравилась, Дрону тоже. Я с ним познакомилась и влюбилась в него. Он просто невероятный парень. Жаль, что с ним всё это случилось, но он такой пугливый на самом деле и очень сильный. Я бы даже сказала, что он любит Роко сильнее. Это просто видно в его глазах. То, как он разговаривает с Роко, как пытается донести важную мысль, как успокаивает и как закатывает глаза, словно он уже устал от шуток Роко. Но также в его глазах сквозят такая боль и безумное отчаяние, страх и стыд. Это я уловила один раз, когда никто не видел. Он посмотрел на Роко именно так, как будто готов отдать жизнь прямо сейчас, только бы он не страдал. А также Энзо сегодня перевезли в дом Доминика, и за ним ухаживает сиделка, которой Доминик доверяет. Назначено слушание дела по поводу опеки над Энзо. Доминик категорично не хочет встречаться с Идой для дружеского соглашения. А я? Я не думала, что задержусь здесь настолько. Но я влюбилась. Влюбилась в потрясающего, раненного и противоречивого босса мафии. Да, мне будет больно. Я знаю. Меня будет ломать, но я нужна ему. Сейчас нужна, завтра… стараюсь не думать об этом. И я ещё здесь. В этом домике, в этом мире, с Домиником.