Книга Твой подонок, страница 46 – Александра Астафьева

Целует… Страстно. Горячо. Так, как умеет делать только он.

Любимый… Мне он нужен.

Подонок такой!..

Ты слышишь, Макс?! Ты нужен мне!..

— Лик?..

Голос брата подавлен. Уже который час с момента моего нахождения в больничной палате он пытается услышать от меня хоть слово. Но я словно объявила ему бойкот.

— Лика, — вздыхает громко и тяжело. — Я же… ничего об этом не знал.

Не знал. Но и меня слышать не хочет.

Сжимаю подушку пальцами сильнее, отвернувшись от Артёма. Соплю через заложенный нос из-за непрекращающихся слез.

— Нас сбили с пути. Сын Горелова рассказал совершенно иную версию вашего исчезновения. Кричал на каждом шагу, что видел, как ты садилась в лодку с Макарским для прогулки. Многие подтвердили…

Сжимаю веки, выдавливая новую порцию слез.

— Этот ублюдок!.. Обещаю, он получит по заслугам!

О ком он сейчас? О Максе или Игнате? Первому он все равно не доверяет, несмотря на то, что Макарский, рискуя своей жизнью, вытащил меня из воды. Со вторым все и так понятно.

— Скоро все закончится, — убеждает меня брат. Но, по сути, только себя. — Я им такую рекламу сделаю… Они нам выплатят за причиненный вред и моральный ущерб. Заплатят по всем фронтам!

Я ничего не хочу от них. Мне ничего не нужно. Пусть оставят меня в покое. Лишь бы с Максом все было хорошо.

Новый всхлип от меня, и от брата — прикосновение пальцев к моей спине.

— Лик, не молчи, прошу. Скажи что-нибудь.

Что ему сказать? Я онемела. Возможно, мое безмолвие — своего рода шок?

— Я общался с отцом этого Максимилиана по телефону.

Замираю, стараюсь не дышать, чтобы не упустить ни одного слова брата.

— Он извинялся, что все так чудовищно вышло… Обещал денежную компенсацию. Большую. Ну и… — замолкает на мгновение. — В общем, с нас никаких заявлений, взамен на его щедрую благодарность.

Господи…

Какие же все они!..

— И ты согласен пойти на это? — резко повернув к Теме голову, спрашиваю его.

Его глаза тоже красные. Уверена: от беспокойства за мою жизнь и недосыпа.

— Я за справедливость и наказание. Я собираюсь вытрясти их шкуры, это подсудное дело, которое грозит впечатляющим тюремным сроком. И так просто никто из их шайки не отделается.

Тема, несмотря на усталость и вымотанность событиями последнего дня, зол и решительно настроен. Ещё бы.

— Макарские ни в чем не виновны. Они сами жертвы своих давних друзей и компаньонов, — отворачиваюсь обратно к стене и снова кладу голову на удобную вмятину в подушке.

Об этом я тоже говорила и кричала, как ненормальная, но меня никто не слышал. Макарский-старший тем более. Он даже не удосужился прилететь в своей отель, на территории которого пропали двое: отдыхающая гостья и один из управляющих, его собственный сын.

Принадлежит ли этот отель все ещё ему? Ведь Гореловы могли успеть провернуть свое грязное дело.

И, конечно, стоит ли доверять словам какой-то незнакомой обезумевшей девчонки?

Я ведь даже Максу никто.

— Как только станет тебе легче, мы свалим отсюда, — ставит в известность Артем.

Но в отличие от брата, у меня другие планы. Хочет он того или нет…

Легче мне не станет. И сваливать так быстро отсюда я не собираюсь.

— Я никуда не поеду, — шепчу в белую стену. — Пока не узнаю, что с Максом.

— Лик…

— Улетай один, если тебе так не терпится.

— Смеёшься?..

— Мне разве весело? — шмыгаю носом.