Книга 700 дней капитана Хренова. Бонжур, Франция, страница 33 – Алексей Хренов

Картина оказалась достойной полотна импрессионистов. Ослеплённый мистер Фокс стоял на коленях у кровати, как благочестивый прихожанин, только вместо молитвы он деловито потрошил Лёхин чемодан. Замки сорваны, половинки раскрыты, будто устали держать тайну, маленькие мешочки разбросаны по полу, а сам Фокс пытался проморгаться.

Лёха мягко кашлянул.

— Бог помощь! Нашли чего-нибудь? — поинтересовался он голосом вежливого дворецкого, который только что наступил себе на яйца.

Фокс дёрнулся так, будто его в задницу укусил скорпион.

— Ты же на ужине…

— Ага. Уже наелся, — сказал Лёха и, не теряя времени, двинул ему резким ударом ноги в голову.

Звук был характерный — будто зубами захлопнули крышку пианино. Фокс повалился на бок. Лёха, чтобы не оставлять вопросов без ответов, добавил ещё пару аккуратных, но убедительных аргументов.

Через две минуты мистер Фокс сидел на стуле, привязанный полосами из простыни так тщательно, что любой японский палач позавидовал бы. Обшарив карманы гостя, Лёха вылил на голову своего попутчика воды.

Глаза Фокса прояснились — ровно настолько, чтобы в них возникло чувство глубокого сожаления о существовании Лёхи.

— Мой банковский друг, слушай внимательно. Сейчас я выну кляп. Если пикнешь без разрешения — огребёшь совком, — спокойно сказал Лёха и продемонстрировал каминный совок, заботливо обмотанный всё той же простынёй.

— Понял? Кивни.

Фокс кивнул, изображая понимание.

— Хорошо. Кто ты и зачем тут? Только не начинай сказки про беса попутавшего, — предупредил Лёха. — Вон кусачки валяются. Убедительно, правда?

Фокс раскрыл рот — и попытался заорать.

Вероятно, с другим пассажиром это бы сработало. Но Лёха был знаком с японцами, чекистами и политруками. Кляп в виде носков самого товарища Фокса вернулся в его рот мгновенно. Следом мистер Фокс завёл близкое знакомство каминным совком. Трижды. И каждый раз он подпрыгивал сидя, душевно выгибался, пучил глаза, видимо пытаясь показать нашему герою, что степень его готовности продолжить знакомство всё время увеличивается.

— Врать нехорошо, понимаешь? Очень вредно для здоровья. Теперь понял? — уточнил Лёха.

Фокс, яростно глядя одним глазом, коротко кивнул.

Вроде бы разговор наконец мог начаться.

Но Советская Армия учила своих бойцов, ходивших на выходы в далёкие душманские провинции: пока оппонент не гадит под себя, не трясётся и всеми силами не желает излить тебе душу — значит, вы пока не готовы слиться в правдивом экстазе.

Лёха раскурил сигарету… не будем утомлять читателя описанием оздоровительных процедур для сознания мистера Фокса, занявших ещё около десяти минут.

Фокс мелко трясся, пытался подвывать несмотря на кляп, поверх кальсонов расплывалось жёлтое пятно, да и пахло в комнате так себе.

И после этого Фокс заговорил.

Фокс, пошатываясь под тяжестью собственного раскаяния, рассказывал быстро, запинаясь и захлёбываясь, будто боясь, что Лёха перестанет его слушать.

Что лежит в мешочках — он не знал, но знал, что серебром там и не пахло. Ему дали задание прокатиться рядом с курьером и неотрывно следить, чтобы чемоданчик доехал до Франции. Там курьера и чемоданчик должны были встретить в Марселе. Самая опасная часть маршрута была в Афинах, Бриндизи и Риме. Во Франции курьера должны были встретить сразу после таможни, которая почему-то у его начальства не вызывала особого беспокойства.