Книга Утесы, страница 161 – Джули Кортни Салливан

Они проговорили полчаса, Джейн захотела еще минералки, но Чарли отошел и за баром его уже не было, и тогда, чтобы промочить горло, она глотнула вина. Потом Лидия заново наполнила их бокалы. А потом… а что случилось потом?

Рассказала ли она Лидии, что Женевьева снесла старое кладбище? Что она ей наговорила?

Стук возобновился. Теперь он казался ближе. Значит, гость не ушел. Он стоял за окном ее комнаты и стучал по стеклу. Черт.

Сердце пустилось в пляс. Страх затмил все чувства. По-прежнему накрывая голову подушкой, Джейн нащупала телефон. Вдруг придется вызвать полицию? Она нашла телефон, повернула голову, всмотрелась в экран. Семнадцать пропущенных звонков и четырнадцать сообщений. От Дэвида.

Дэвид.

Это он стучал в окно.

Джейн встала, подошла к окну и подняла жалюзи. Он стоял за окном. Еще не рассвело. Он выглядел очень недовольным.

Она приподняла палец и поплелась к входной двери. Одета Джейн была во вчерашнюю одежду и туфли.

Джейн включила свет на крыльце. Из углов вспорхнули мотыльки, будто кто-то подбросил конфетти. Она выключила свет.

Из-за угла вышел Дэвид, но направился не к ней, а к машине, стоявшей перед домом.

Машины самой Джейн у дома не оказалось. Неужели она попала в аварию? А Дэвид был рядом?

— Дэвид, – окликнула она, – что ты здесь делаешь? И почему уходишь?

Он не стал приближаться.

— Сейчас полпятого утра, – отрезал он. – Я выехал в три, потому что ты трезвонила весь вечер, а когда я наконец перезвонил, не взяла трубку. Я решил, что ты умерла.

— Извини, – ответила Джейн, – я уснула.

— Да ради бога. Я приехал убедиться, что ты жива. Ты жива. Я уезжаю.

— Погоди. Пожалуйста. Я ничего не понимаю.

— А чего тут понимать? – спросил Дэвид. – Ты напилась. Как обычно.

— Неправда. Я не пила уже…

— То есть вчера ты не пила?

— Нет, я хотела сказать… Нет. Вчера я пила. Я имела в виду, до этого.

Он закрыл лицо руками, потом провел ими по волосам.

— Я весь вечер не доставал телефон. Вышел из ресторана и увидел тысячу пропущенных. Ты звонила и кричала на автоответчик, что знаешь мой секрет, что ты все про меня выяснила.

Она поморщилась.

— И это еще цветочки, – добавил Дэвид.

— Что еще я сказала?

— Что еще? Вот, сама послушай.

Он достал из кармана телефон таким агрессивным жестом, что Джейн похолодела. Несколько раз нажал на экран, и она услышала свой крик: «Ты трус, Дэвид. Почему не подходишь? Ненавижу тебя! Ты никогда меня не любил! Мы оба всегда это знали. Знали же?»

Джейн вспомнила мать Эллисон, Бетти. В палате клиники она часто бушевала, кричала, два раза ударила санитара по лицу. Джейн было трудно поверить, что добрая, спокойная и собранная Бетти, какой она ее знала, вела себя так. Джейн слышала, что у пациентов с деменцией меняется личность. Но откуда взялось столько гнева? И где он хранился, пока Бетти была собой?

Некоторые люди верили в поговорку «что у трезвого на уме, у пьяного на языке». Мол, пьяный человек всегда говорит, что чувствует. Но Джейн знала: это не так. Все, что она наговорила на автоответчик, было неправдой. А ведь она так тщательно продумала, что скажет Дэвиду при встрече. И теперь вот выдала ему прямо противоположное.

— Прошу, удали эти сообщения, – пробормотала она. – Я была не в себе. Я не хотела.

— Я три часа пытался дозвониться, – ответил Дэвид. – А потом подумал: или она напилась и вырубилась, или умерла. Поеду и выясню.