Книга Тихая ночь, страница 60 – Энн Кливз

Перес замялся, и Тейлор не выдержал:

— Давай сходим к художнице. К Белле Синклер.

Судя по тому, что он слышал, Белла казалась ему паучихой, сидящей в центре паутины. Покойник был на ее вечеринке перед смертью. Пытался сорвать выставку. Тейлор не верил, что они незнакомы.

Он взглянул на Переса, ожидая реакции. Наверное, одобрения. Так привыкли реагировать его подчиненные: «Отличный план, босс». Но, как всегда, мысли шетландца оставались загадкой. В итоге тот взглянул на часы и улыбнулся.

— Почему бы нет? Наверное, она уже встала. Еще час – и, возможно, удастся поговорить с ее племянником.

Будь Тейлор один, он поехал бы на машине – так быстрее. Но Перес пошел пешком, и пришлось следовать за ним. Тот неспешно комментировал по пути:

— Вот почта и магазин. Хозяйка – Агги Уильямсон. В девичестве Уотт, выросла в Биддисте. Ее сын Мартин работал в «Сельдяном доме» в вечер открытия выставки. Его жена Дон, возможно, видела, как жертва выходила из машины.

Тейлор внимательно слушал, стараясь запомнить детали. Без этого он не смог бы разобраться в местных раскладах. Позже он сделает записи, но сам процесс запоминания делал участников истории более реальными. Он должен знать их лучше, чем собственных друзей и родных. Они должны войти в его жизнь. Пересу было проще – он их уже понимал.

— В конце улицы снимает дом английский писатель Уайлдинг. Питер Уайлдинг. Он тоже был на выставке. Я с ним говорил. Утверждает, будто ничего не видел и не слышал, хотя, кажется, только тем и занимается, что пялится в окно.

Перес замолчал.

— Ты ему не веришь? – спросил Тейлор.

— Не знаю. Есть в нем что-то странное. Может, он мне просто не понравился. Слишком… напряженный.

— Что он пишет?

— По его словам – фэнтези.

— Значит, выдумки.

Тейлор не понимал смысла в художественной литературе. Он читал историю и биографии – чтобы учиться, а не тратить время попусту. Проходя мимо, он взглянул на окно и увидел мужчину за столом. Темноволосый, симпатичный, если кому-то нравятся худые и задумчивые. Он не смотрел в окно, а углубился в работу, не замечая их. Хреновый свидетель, подумал Тейлор. Интересно, Перес это тоже понял? Он украдкой взглянул на шетландца, но тот смотрел в другую сторону – на море.

— Это лодка Кенни Томсона, – сказал Перес. – С ним можно поговорить не раньше вечера.

Дом Беллы Синклер произвел на Тейлора впечатление. Он пытался не поддаваться на показную роскошь, убеждал себя, что презирает ее, но в глубине души завидовал. Ему бы такой простор, такой вид! Иногда он даже ловил себя на просмотре передач про недвижимость. Не про дешевые ремонты на скорую руку и хлипкую мебель, а про грандиозные проекты – французские шато или фабрики, переделанные под роскошные квартиры. Если бы он вернулся в Ливерпуль, то взял бы один из тех таунхаусов у соборов. Даже во время беспорядков 80-х годов эти улицы выглядели элегантно.

Перес позвонил, и они замерли у двери. Шетландец стоял расслабленно, руки в карманах. Тейлор выпрямил спину. Он не удивился бы, если бы им открыл слуга, но перед ними стояла сама хозяйка. Весьма стильная особа.

— Джимми, – сказала она. – Что тебе нужно? Я как раз собиралась поработать.

На ней были джинсы и свободная синяя блуза, заляпанная краской, массивное серебряное колье и серьги.