Книга Тихая ночь, страница 48 – Энн Кливз

Перес отключил телефон и ждал вопросов от Тейлора по поводу звонка.

— Ну и? – не выдержал Тейлор.

— Он хочет еще раз взглянуть на тело. Как по мне, у него разыгралось воображение. Думает, это может быть его брат. – Но потом Перес уточнил: – Вернее, хочет убедиться, что это не он.

— Разве он не узнал бы родного брата?

— Тот уехал путешествовать. Много лет здесь не был. Да и Кенни видел тело лишь сбоку, к тому же в маске. Просто хочет исключить этот вариант. Видно, это его тревожит.

— Но ты говорил, что жертва – англичанин.

Перес пожал плечами.

— Акцент со временем меняется. А люди могут притворяться.

— И что ты ответил?

— Что он может прийти днем, до отправки тела на пароме для вскрытия.

Тейлор почувствовал прилив азарта. Это был его первый шанс погрузиться в дело. Он никогда не был из тех, кто руководит издалека.

— Я тоже буду присутствовать, – заявил он. – Ты не против?

Перес промолчал. Они оба знали – это не вопрос.

Кенни Томсон приехал в морг раньше, чем тело подготовили к осмотру. Его встретили двое: Джимми Перес, неизменно напоминающий ему о том лете на Фэр-Айле, и крупный англичанин, которого Кенни видел выходящим из машины у причала.

Они сидели в маленькой темной комнате для ожидания. В углу стояла ваза с шелковыми искусственными цветами. В воздухе витал тяжелый, сладковато-цветочный запах. Вряд ли его источал шелк, и Кенни гадал, откуда он.

Он как раз размышлял об этом, когда Перес представлял английского детектива, и поэтому его имя и звание так и не отложились у Кенни в голове.

— Ну, и в чем дело, Кенни? – спросил Перес.

Говорил он тихо, с паузами, будто взвешивал каждое слово.

— Наверное, ерунда, – ответил Кенни. – Я просто подумал: лучше проверить. Лучше проверить, чем потом по ночам ворочаться без сна.

— Расскажи нам о Лоуренсе, – предложил Перес. – Пока мы ждем.

И Кенни заговорил о брате – старшем, сильном, всегда затмевавшем его.

— Он был из тех, кто входит в комнату – и все сразу улыбаются. Когда он уехал, я тосковал по нему. Вся Биддиста тосковала.

— А почему он уехал? Работа?

Тут Кенни понял: им неинтересно знать, как Лоуренс озарял все вокруг. Им нужны факты и даты. Но у Кенни было кое-что поважнее.

— Здесь у него была работа. Много работы. Он не особо интересовался фермой – не хватало терпения. Ему подавай быстрый результат. Отличный был строитель. Начинал у Джерри Стаута, перенял у него дело, а когда Джерри умер, взял фирму на себя. Они вдвоем перекрыли крышу пасторского дома, когда туда заселилась Белла. Потом Лоуренс перестроил «Сельдяной дом». Чертежи делала Ева Юнсон, но всю работу выполнил он. Трудился, можно сказать, на энтузиазме. Так он сам говорил. Торчал там по двенадцать часов в день, готовил к открытию. Я помогал ему, когда мог. Белла ему недоплатила. После галереи ему сыпались заказы со всей Шотландии. Уезжать было незачем – мог бы остаться на Шетландах и просто ездить на объекты.

— Так почему же он уехал?

Кенни не знал, обо всем ли стоит говорить.

— Не знаю. Я при этом не присутствовал. Он души не чаял в Белле. Что она скажет, то и делал. Все мечтал на ней жениться. Так мне кажется. Эта мысль засела у него в голове. Никто не затмит Беллу. С другими женщинами он иногда встречался, но видно было – ничего серьезного. Пока строился «Сельдяной дом», Белла держала Лоуренса на крючке, а как закончили – дала понять, что шансов у него нет. Слишком эгоистична, чтобы остепениться. Получила от него что хотела.