Книга Очень плохие вдовы, страница 85 – Сью Хинсенбергс

— Мы все же нашли фрагменты… неорганического происхождения. Телефоны, часы, ремень, обувь, одежду. Мы провели тщательное расследование, мэм, и других судов в этой акватории не было. Даже если б они выпрыгнули, шансов выжить не было никаких. Тем более теперь, когда прошло столько времени…

Тот офицер, что говорил с ними первым, сказал:

— Мы очень соболезнуем вашей потере.

Он отвернулся и присоединился к коллегам.

Пэм встала и подошла к подругам, и они стояли, обнимая друг друга, склонив головы. Пол вытащил упаковку бумажных салфеток и предложил каждой по платку. Просто прекрасный безупречный мальчик. Черт бы побрал Ларри за то, что причинил ему столько боли…

Руководители поисковой операции пожали всем руки, тихо прошептали соболезнования и покинули палатку. Пол и Эсмеральда подождали, пока подруги разомкнут объятия, и повели их к машине. Пэм подумала, что Нэнси и Шализа еще не осознали, в насколько глубокой… ситуации они оказались. Без тел им придется ждать семь лет, пока их мужей официально признают умершими, и только тогда они получат деньги из страховой компании. Черт… Нэнси тяжело опиралась на Пола, пока шла к машине. И Пэм решила, что новость может и подождать.

Хэнк ставил свою яхту на этом причале больше двадцати пяти лет, и Пэм не могла и сосчитать, сколько раз она тащила через эту лужайку переносной холодильник, термосы с «Маргаритой», полотенца, игрушки, крем от загара и бесчисленные упаковки чипсов. Она немного отстала от подруг и пошла по знакомой тропинке, мощенной кирпичом, к дощатому настилу дока.

«Семь ветров» вовсе не был фешенебельным причалом. Это был весьма практичный и удобный для рабочего люда причал с большим холодильником для хранения наживки. На бетонной плите поодаль стояли торговые автоматы. В конце самого длинного дока располагались бензонасосы, и Пэм уловила в воздухе легкий запах бензина. Эллинг Хэнка был пятым от берега. И припасы было недалеко тащить, и можно было наслаждаться хорошим видом, когда на море гулял шторм и они стояли на якоре.

Пэм подошла к месту, где раньше стояла яхта Хэнка и где каждая доска под ногами была ей знакома. Между столбами была натянута полицейская лента. Она стояла ровно на том же месте, где в последний раз видела мужа. Именно там она сказала последние слова человеку, который шел с ней по жизни тридцать пять лет. Он наматывал веревку и говорил что-то о сигаре и стаканчике на ночь. Пэм уже отвернулась и пошла к машине, когда Хэнк сказал что-то еще. Именно тогда она слышала его голос в последний раз.

Пэм видела дно гавани – вода была прозрачной, и в ней метались сотни мелких рыбок, то влево, то вправо, то скрываясь в тени причала, то снова выныривая из нее. Она уходила от Хэнка вверх по лужайке и тогда подумала, что услышала чайку, но сейчас понимала, что тишину нарушил голос ее мужа.

Что же тогда сказал Хэнк?

Пэм была счастлива обнять дочь. Когда она думала о том, что Хэнк так и не узнал, что у него скоро родится внук, ее сердце разбивалось на части, поэтому она старалась об этом не думать. Пэм не знала, какие мысли смогут принести ей умиротворение. Последние пять лет она мечтала о жизни без Хэнка, думала, что это ей и нужно. Но теперь она понимала, насколько ошибалась. И все же она совсем не плакала. Пыталась, конечно. Но слезы так и не приходили.