Онлайн книга «Особо тяжкие отношения»
|
— Василиса — гениальный сыскарь. Рано или поздно найдет, — поправляет очки. — На счет "поздно". Вы думаете он угрожает ее жизни? — Очевидно, что нет. Но никто не даст гарантии, конечно. — Спасибо. Иду к Ландышу. — Виктор Павлович, у вас есть десять минут? Не поднимая глаз, показывает на стул напротив. — Слушаю вас, коллега. — Я по поводу этого Сталкера. — Решил увольняться, увольняйся. И не зацикливайся на незакрытых делах. Висяков океан. Не трать ни свое время, ни мое. — Откуда вы знаете? — Гордеева поделилась. — Чем еще поделилась? — Тем, что чистота белого пальто у неплохих следаков важнее, чем миссия. Поэтому, она не будет больше брать стажеров. — Осуждаете? — Я?! — усмехается. — Каждый должен быть на своем месте. Гордеева вот на своем. Ее на это место дрессировали с рождения. Видишь, какие результаты она выдает? А ты — нет, не на своём. Ты должен найти свое. — В каком смысле дрессировали. — В самом прямом. Отец видел в ней охотника. Учил тому, что знал. А он был самым гениальным в этом деле из всех, с кем я работал. Мы все мечтали попасть к нему в стажеры. Она его со временем превзойдет. Поэтому, если пальто белое, не мешайся под ногами. Посыл понятен. — Кто это? — поднимаю фото. — Это киллер, возможно. Псевдоним Лазер. Ищем. — Он сделал пластику, — смотрю на фото. — С чего ты взял? — забирает фото из моих рук, разглядывая. — Вел дело, где обвиняемый делал пластику, чтобы скрыться от следствия. Допрашивал его. И вызывал эксперта, пластического хирурга, чтобы выяснить была ли пластика. Потом нашли клинику, в которой делал, — показываю карандашом на фотку. — И вот такая разметка на лице, это делают перед операцией. У него теперь другая внешность. — Я думал это выцветшее тату или плохая попытка свести их с лица, — просматривается внимательнее. — Нет. Тут стрелка и цифра от линии. Это не отмылся хирургический маркер. Погоди-ка... Листает материалы дела. Проверяет что-то. Последняя жертва была убита с крыши, где на первом этаже здания клиники пластической хирургии. — Как удобно. Снял лицо, которое спалил. Выкинул. Надел новое. Не отходя от винтовки практически. Перед сменой паспорта обрёл новое лицо. И свободным человеком вышел на пенсию. Класс, я считаю. Дело раскрыто. — Очень даже может быть! — Пойду я... — Красавин... - в след. — М? — Жаль, что пальто белое. Но удачи. Да идите вы в жопу! Сидят тут… отдел психопатов. Психуя, отвечаю по телефоне маме. — Слушаю. Срочное? — Данечка... у Лизоньки хамоватый сосед. Не мог бы ты приехать и поговорить с ним как мужчина. — Нет. Скидываю вызов. Застываю в прострации в коридоре. Ещё один вызов... Незнакомый номер. — Капитан Красавин. — Мм... - немного тормозит собеседник. — Это Микаэль. Миша. — Миша! — это встряхивает так, словно Миша для меня почему-то очень важный человек. — Что случилось? — Кто-то пытался открыть двери. Засов на двери не позволил ему войти. Я не могу дозвониться Василисе. — Так... А камера? — Заклеена, кажется. Мутно. — Я сейчас найду Гордееву. И вторую камеру проверю. Если там кто-то есть, вызову наряд. Будь на связи и сразу звони, если попытка повторится. Скидываю ей сообщение. Просматриваю свою камеру, у ее двери никого. Возможно, ворье решило, что она живёт одна?.. Скидываю Мике доступ к своей камере, чтобы ему было спокойно. |