Книга Ты станешь моей, страница 53 – Кейт Морф

— Игорь, ты приехал сюда, чтобы мне это сказать?

— Да, — произносит он серьезно. — Потому что ты мне нравишься, и я не хочу, чтобы ты страдала.

Я молчу, впиваюсь рукой в ремешок сумочки, а он делает еще шаг ближе.

— Я прощу тебе этого придурка, — шепчет почти ласково. — Помотросил и бросил? Переживу, хотя я хотел стать твоим первым. Просто уйди от него.

Я смотрю на него и не вижу в этом парне того, кем он когда-то был. Передо мной стоит кто-то другой. Колючий. Обидчивый. Опасный.

— Уйди, Игорь, — говорю тихо, но твердо. — И не лезь не в свое дело.

Он сжимает челюсть и смотрит на меня так, будто у него внутри все трещит.

Я уже прокручиваю в голове, как быстро мне достать баллончик и применить его по назначению. Но Игорь поворачивается, садится обратно в машину и хлопает дверью. Колеса взвизгивают по асфальту.

А я стою на том же месте и не знаю, что у меня больше болит: душа или сердце.

Аня

Парк дышит теплом и зеленью. Солнце опускается за верхушки деревьев, заливая дорожки мягким золотом. Я иду рядом с Никой, держу пластиковый стакан с мохито, который холодит ладонь, и стараюсь не прихрамывать.

— Ань, ну что с тобой? — бухтит Ника и косится на меня. — Такой классный вечер.

Я пожимаю плечами.

— Да просто ноги натерла.

— Мгм, — скептически хмыкает подруга. — Только не надо мне втирать про мозоли, я тебя знаю. Что случилось?

Я делаю глоток, льдинка присасывается к трубочке. Пытаюсь отвлечься на людей вокруг: на парня в наушниках, пробегающего мимо трусцой, на маму с коляской, на детей, резвящихся у фонтана.

— Ну…, — начинаю осторожно, — сегодня я видела Игоря.

— Ого, — Ника тут же поворачивается ко мне всем телом. — Что, опять на рожон полез?

— Да не то чтобы… Просто он сказал, что видел Артема в Клетке с какой-то девушкой.

— И ты поверила? — глаза Ники округляются. — Ань, ну серьезно?

— Я не знаю. Он говорил это так, — я запинаюсь, — словно ждал, что я расплачусь.

— Потому что ждал, — недовольно бурчит она. — Потому что ты ему не даешь покоя, а он привык, что все должно быть его. Не ведись.

Я киваю, но внутри все равно царапает образ: Артём, улыбающийся кому-то в тусклом свете, чужие руки на его плечах. Глупо, глупо ревновать, когда даже доказательств нет. Но сердце — не голова, оно не думает, оно сразу чувствует.

— А босоножки, кстати, огонь, — Ника резко меняет тему и бросает взгляд вниз. — Мозоли — временно, стиль — навсегда.

— Ты просто хочешь их у меня отжать, — усмехаюсь.

— Конечно. Если через час ты их проклянешь, я готова их усыновить.

Мы хохочем, взявшись под руки, и продолжаем идти по аллее. Ника что-то болтает про новый маникюр и про парня, который лайкнул ей все сторис за вечер. А я думаю о том, как мне не хватает Артёма. Три дня. Всего-то три дня, а ощущение, словно половины меня рядом нет.

Дела, работа. Он честно пишет и не игнорит. Если я ему напишу первая, он сразу ответит.

Скоро я его увижу и обязательно скажу ему, как он мне нужен. И если та девка правда была, то посмотрим, как он это объяснит.

А пока я весело болтаю с Никой. И у меня сегодня мохито, лето и больные ноги.

Мы выходим из парка, солнце уже почти полностью спряталось за домами, и вечер становится прохладным. Я морщусь, делаю очередной осторожный шаг и в этот момент слышу оповещение.