Книга Пташка Барса, страница 7 – Ая Кучер

— Ч-что? – заикаюсь, коленки дрожат.

— Ты больше раком или сверху любишь?

— Эм… Я… Я больше никак?

— Значит, по моим темкам пойдём. Я, знаешь ли, три месяца на сухом пайке. Из-за тебя. Придётся отрабатывать.

Я моргаю. Растерянно. Слышу, но не понимаю. Слова складываются, но не в смысл, а в клубок паники.

— Сухой… Пайок? – переспрашиваю. Хмурюсь. – Это… Еда? Вас здесь не кормят?!

— Это когда три месяца в зоне без дырки, – поясняет он медленно. – А теперь вот есть. И я тебя, пташка, накачаю под завязку.

Я замираю.

Щурюсь. Не понимаю. Потом – вдох. Озарение. О!

Ну конечно. До меня медленно доходит. Я начинаю понимать, о чём говорит мужчина.

Как я сразу не догадалась?

— А, это вы… Про спорт? – ахаю. – Точно! Вы на диете. И качаться собрались? Это похвально! Правда. У вас и так огромная фигура. Ну, то есть внушительная. Но если есть стремление к росту – это достойно. Только меня качать не надо. Я со спортом не очень.

Молчание. Я поднимаю взгляд. И встречаю его выражение лица.

Это… Это надо видеть.

Он смотрит на меня как на абсолютную идиотку. Как будто не понимает, как это существо вообще дожило до двадцати лет без инструкции.

Губы чуть приоткрыты, брови медленно ползут вверх, потом вниз. В глазах – то ли шок, то ли рвущаяся наружу насмешка.

— Под дебилку косить не выйдет, – произносит он, растягивая слова. – Хоть ты и охуенно вжилась в роль.

Я не ко-о-ошу! – визжу у себя в голове обиженно.

Он сейчас меня оскорбляет! Или хвалит? Если верит, что на самом деле я всё понимаю…

Не уверена.

— Я правда не понимаю… – выдыхаю.

Глаза мечутся по комнате, как будто где-то есть выход, ловушка, кнопка спасения.

Но нет. Есть только Барс.

И он делает шаг ко мне.

— Не шаришь, да? – хмыкает. – Ну ща доходчиво объясню. Я тебя распечатаю. Разложу тебя по полной. Всё ещё не шаришь? Резьбу сорву. Долбить буду.

У меня ресницы трепещут, как крылья у припадочной бабочки. Глаза – полные ужаса.

Я смотрю, не отрываясь. Не моргаю. Потому что если моргну – он исчезнет из вида, и окажется прямо возле меня.

И хуже всего – я не понимаю!

Угроза есть, по тону понятно. А вот смысл… Что он там долбить собрался? Ремонт задумал?

Ой, он решил меня, как рабочую силу использовать? Так у меня рученьки кривые, он только сильнее злиться будет!

— Реально отбитую играешь, – ухмыляется Барс. – Нагну и на каждой поверхности отымею.

До меня доходит. Поздно. Но доходит.

Меня окатывает. Жаром. Как будто под кожу залили кипяток.

Щёки пылают, шея полыхает, грудь сдавливает, как будто ремень затянули под рёбрами.

Я делаю шаг назад. Всего один. Рефлекторно. Он делает три вперёд. И рывком оказывается передо мной.

Железная дверь ударяется мне в спину. Он вжимает меня в неё всем телом.

У меня перехватывает дыхание. Я чувствую всё. Его жар. Его грудь. Его силу.

Тепло от него накрывает, как парализующий купол. Он огромный.

— Ох! – вырывается у меня испуганно. – П-пожалуйста, отойди…

Он не двигается. Не слушает. Только вжимается сильнее.

Его ладонь ложится мне на подбородок. Тяжёлая. Твёрдая.

Кожа тёплая, шершавая. Пальцы сжимают щёку. Мой рот приоткрывается сам.

Большой палец мужчины скользит по губе. Властно, надавливая, сминая.

Я всхлипываю. Воздуха не хватает.

— Сочная, – хрипит Барс. – Прямо для работы ртом создана.