Книга Бывших предателей не бывает, страница 68 – Екатерина Крутова

«Маскарпоне разбавила йогуртом, кофейную пропитку заменила на чай с яблочным соком, а печенье на цельнозерновой муке. Вышло поплотнее, зато для малышей полезнее. Спросите у Маргариты Витальевны, как на ее вкус?»

— Ну, дегустатор, мир затаив дыхание ждет твой вердикт. — Максим подмигнул, протягивая Марго чайную ложку.

— Такими темпами мне скоро придется менять гардероб, нельзя же каждый день начинать с новых пирожных? — Бестужева понарошку нахмурилась, но тут же отправила в рот воздушный крем. Первый вкус оказался нежным, сливочным, с едва уловимой терпкостью чая и свежестью яблока. Пропитанное печенье оставляло на языке приятное ощущение сытости и желание продолжить кулинарное наслаждение.

— Божественно, — Оксана оказалась превосходным кондитером. Она с восторгом приняла идею о новых десертах в кофейне и очень быстро освоила любимые рецепты Марго. Руки у женщины росли из правильного места, а творческая жилка и талант превращали кулинарные эксперименты в маленькие шедевры.

— Но ты же понимаешь, что мы не можем вечно пользоваться Оксаной как домашним кондитером? Это, как минимум, не очень законная схема.

— Для оборудования полноценного цеха нужны деньги, да и ей удобно работать из дома.

— Максим, я хочу сделать тебе предложение. — внезапно посерьезнев, Марго поставила кофе и отодвинула десерт. Серо-голубые глаза взглянули с замешательством.

Нарочно растягивая слова и выдерживая паузы, Бестужева проговорила:

— Возьми меня… — она медленно обвела взглядом преобразившуюся за месяц кофейню: новая витрина для десертов и кондитерских изделий, детский уголок с целой грифельной стеной и лошадкой-качалкой, полюбившейся не только у малышей, но и молодых мам, регулярно делающих на ней селфи.

— Возьми меня в соучредители. — Закончила Марго фразу. — Я хочу профинансировать создание кондитерского цеха, тут в соседнем доме есть подходящее помещение…

— Марго… — Максим вышел из-за стойки и замер напротив, глядя внимательно и как всегда заботливо. — Рысь, тебе не надо ничего финансировать. Ты уже мой соучредитель — эти новинки, рецепты, то, как ты помогаешь мне и Оксане — все это бесценно. Я готов хоть сейчас вписать твое имя во все уставные документы. Прибыль пока мизерная, правда, я только-только расквитался с долгом перед «Быстро деньги», но…

— Но вчера Шувалов предложил мне возглавить московский филиал, — перебила Бестужева. — Повышение. Солидная прибавка, своя команда, квартира в центре.

Кофейня замерла. Улыбка сошла с лица Максима, сменившись мимолетной, безмолвной паникой. Все, что едва успело построиться между ними — хрупкое, ценное — внезапно повисло на волоске, готовое рухнуть в один момент.

— Москва… — мягкий баритон хрипел, выдавая чувства, не поддаваясь контролю разума. — Это… потрясающе. Поздравляю. Ты заслужила.

— Макс, — Марго шагнула ближе, вплотную, положив ладонь на грудь под форменным фартуком, чувствую даже сквозь слои одежды сильное биение большого щедрого сердца.

— Я отказалась.

— Но почему? Это же твоя карьера. Мечта… — Максим, еще до конца не веря, накрыл ее пальцы своими.

— Моя мечта, — перебила Марго, заглядывая в глаза и вдыхая ставший родным аромат кофе и специй, — десять лет заключалась в том, чтобы доказать одному человеку, что я чего-то стою. Потом — доказать это самой себе. А сейчас все, что мне нужно для счастья, для жизни, для будущего… — она поднялась на цыпочки, став с мужчиной одного роста, — у меня уже есть здесь. Это утренний кофе с твоими рисунками, футболка с дурацким принтом, гитара на балконе, пироги по воскресеньям и человек, который никогда не попросит меня стать меньше, чем я есть. И который поднимет меня, даже если я оступлюсь и поймет, когда не буду знать, что делать.