Книга Твое любимое чудовище, страница 30 – Кира Сорока

На перерыве она идёт в столовую — я иду в столовую.

Она садится с подружкой за столик у окна — я сажусь за соседний.

Ларин что-то там орёт, пытаясь выяснить, какого хрена я вообще делаю, почему сижу один, но быстро сдувается.

Правда, ко мне подсаживается Эля.

— Фил, ты долго будешь за ней бегать? — спрашивает, понизив голос.

Перевожу взгляд со спины Ульяны Эвелине в глаза.

— У тебя свои игры, у меня свои. Не мешай.

— Какие игры, Фил? — цедит сквозь зубы.

— По коллекционированию членов. Ты же и Северцеву даёшь, я знаю. Только не подумай, что ревную. Я не умею.

Её идеальное, как она считает, лицо перекашивается от злости.

— Откуда?

Вот и всё. Вот и всё, что надо знать про Эвелину Бойко.

Вижу, как Уля поднимается из-за стола.

Она выходит на улицу подышать — я выхожу следом.

Не подхожу. Не говорю ничего. Просто — рядом. Всегда рядом. Весь день рядом.

К последней паре она уже на взводе. Руки дрожат, когда берёт стакан с кофе. Пятно на юбке — пролила. Глаза затравленные.

Напуганная, почти сломанная… красивая.

— Фил, подожди, — ловит меня Рома, когда я двигаюсь к парковке.

Останавливаюсь. Осматриваю территорию кампуса и слушаю Северцева вполуха.

Не хочу пропустить появление Ульяны, она сбежала в туалет.

— … короче, так будет лучше. Давай завтра. Они не будут готовы. Все ждут следующую пятницу, а тут такой сюрприз. Что скажешь?

Наконец вникаю в то, что втирает.

— Посвящение завтра? Отличная идея, — дёргаю губами в подобии улыбки.

— Я знал, что ты оценишь, Филипп. Тогда завтра все получат приглашение. За пару часов до начала.

— Лучше за час. Так больше напряжения.

— Ты прав, — хмыкает Рома. — Ладно, всё. Не задерживаю. Проследи, чтобы твоя… ну, кто она там тебе, явилась обязательно. Для неё интересное испытание будет.

Он уходит к своей тачке, я — к мерину.

И что там за испытание для Ульяны?

Стою у машины, жду её.

Когда она появляется на парковке, то идёт к машине очень-очень медленно, как на казнь.

Останавливается в метре, испепеляет меня взглядом.

— Залезай, — дёргаю подбородком на дверь. — Поехали домой.

Её плечи слегка опускаются, и она садится в машину. Я сажусь рядом.

Какое-то время едем в гробовой тишине, и мне кажется, я слышу, как бешено стучит её сердце.

На середине пути Ульяна поворачивается ко мне. Глаза красные, губы ранимо подрагивают.

— Это ведь ты, — говорит тихо. — С Максом. Ты это устроил.

— Что устроил? — изображаю недоумение.

— Проверку. Документы. Всё это. Я не дура, ясно? Утром ты показываешь мне его фотки, спрашиваешь, кто он мне. А потом я узнаю, что его вызвали на комиссию. Совпадение?

— Иногда совпадения случаются, Ульяна.

— Не такие.

— Ну-у… допустим, — говорю медленно. — И что?

— Зачем? — её голос срывается. — Он ничего тебе не сделал!

— Мне — нет.

— Тогда за что?

— Потому что могу. Я тебе уже объяснял. Потому что он должен усвоить урок, и он его усвоит. Ещё пара таких уроков — и он будет обходить тебя по другой стороне коридора.

— Ты! — шипит на меня Ульяна.

Резко подаюсь к ней, близко-близко. На автомате жму на кнопку, поднимая стекло и отгораживаясь от Игоря.

— Кто? Ну? Кто я? — рычу ей в лицо.

Она пытается отвернуться, отгородиться. Хватаю её за подбородок, разворачиваю.

— Ты урод! — выплёвывает Ульяна. — Я тебя ненавижу.