Книга Я с тобой играл, страница 34 – Кира Сорока

— Эй! Как там тебя?! – щёлкая пальцами, рявкает Снежана.

— Дарья, – тихо отвечает горничная. – Простите…

— Не прощу! – перебивает её Горгона. – Ты работаешь всего пару дней, а уже дважды получила замечания. Поэтому пакуй чемоданы, мы найдём кого-нибудь другого.

Что? Какого хрена вообще?..

Я всё-таки врываюсь в столовую. Неожиданно для всех собравшихся здесь, а в большей степени – для самого себя, встаю на защиту Дарьи:

— Да она здесь вообще ни при чём! Эти двое весь пол залили! Ты посмотри, в каком виде они разгуливают! Про полотенца не слышали, нет? – грозно смотрю на близнецов.

И вдруг просыпаюсь… Потому что перечить Снежане, да ещё и при отце, можно только во сне или в какой-то альтернативной реальности.

— Дамиан! – рявкает он. – Я же предупреждал тебя!

Да, предупреждал, и не раз. Но эти близнецы у меня в печёнках сидят последние несколько лет.

Лицо отца сейчас лишено каких-либо эмоций, но в глазах читается злость и, неожиданно, сомнение. Он пытается утихомирить Снежану, которая снова орёт на маму Эли и указывает ей на дверь. А близнецы наблюдают за действиями тётки с довольными лицами.

Меня это бесит и подстёгивает вновь «уснуть» и продолжить заступаться за Дарью, как бы грозно отец на меня не смотрел.

— Да Марк сам виноват, что не увидел ведро! – продолжаю я, приближаясь к близнецам. Сердито смотрю на Марка. – Давай же, не будь мудаком, скажи правду!

— Дамиан! – блеет Снежана. – Что ты такое говоришь?

— Какую правду? – фыркает Марк. – Что она разлила здесь воду? Тебя здесь не было, Демьян. Откуда ты можешь знать?

И лицо такое невинное делает… Словно не верить ему – просто кощунство!

— Знаешь, ты был так занят, обсуждая финансовые проблемы своей семьи, что меня просто не заметил, – бросаю ему небрежно.

Марк сразу затыкается, но начинает лепетать Снежана:

— Герочка, посмотри на своего сына. Моя племянница чуть не убилась, а он защищает прислугу! Скажи же хоть что-нибудь!

Вздохнув, отец переводит взгляд на меня. Я тут же говорю ему с пылом:

— Я всё видел, пап. Эти двое виноваты, а не горничная!

Он смотрит на Дарью. Та неловко мнётся на месте, поправляя блузку. Трёт локоть – видимо, ударилась. И её глаза, совсем такие же, как у Эли, сейчас полны испуга и отчаяния.

Я знаю, что сейчас отец скажет. Обычно это что-то типа: «По вопросам прислуги всё решает Снежана. У меня своих дел предостаточно». Однако в этот раз он меня удивляет.

— Дарья… переоденьтесь в сухую одежду и возвращайтесь к работе, – говорит каким-то хриплым голосом. – И позовите кого-нибудь из персонала, чтобы вытерли здесь пол.

Мама Эли быстро ретируется, а я, не скрывая восторга, смотрю на Снежану. У неё трясётся нижняя губа, а взгляд становится как у побитой собаки.

— Герочка… Ты что делаешь?.. Я же сказала, чтобы она убиралась отсюда!

Никогда не понимал, как в человеке может помещаться столько лицемерия! Она просто стерва с людьми из прислуги. И такая бедная овечка с отцом… А со мной и Русом играет в обиженную мачеху, которую мы не хотим считать мамой. Мамой! Ей всего двадцать девять, между прочим! Какая, к чертям, мама?!

— Сейчас ты несправедлива, – спокойно отвечает отец, направляясь в гостиную.

Снежана семенит за ним и сбивчиво тараторит:

— Эта Дарья мне не нравится. Ты же видел её паспорт… Постоянные переезды, как у беглой преступницы. С ней явно что-то не так. Давай уволим её? Ну какая тебе разница, кто будет мыть пол? Я же быстро найду другую.