Книга Притворись моей, девочка!, страница 15 – Кира Сорока

Придвинувшись поближе к девушке, устраиваю руку на спинке её кресла. Она бросает взгляд через плечо, заметив это. Я невозмутимо объясняю:

— На случай, если ты испугаешься. Я смогу сразу тебя обнять.

Дашка вновь фыркает.

— Смотри, сам в штанишки не наложи!

Я оскаливаюсь.

Вот же колючка!

Вновь загребаю горсть попкорна. Забрасываю его в рот.

За просмотром и не замечаем, как съедаем его. Забрав пустое ведёрко из рук девушки, ставлю его на соседнее кресло.

Моя рука всё ещё лежит на спинке её кресла, и у меня аж пальцы ломит, как хочется прикоснуться к её плечу. Но когда наступает первый страшный момент в фильме, Дашка его стойко выдерживает, даже не вздрогнув. А вот по залу проносятся испуганные возгласы и нервные смешки.

В течение следующего получаса сюжет фильма начинает накаляться. От волнения Даше становится жарко, и она снимает куртку. Остаётся в тоненькой кофточке с v-образным вырезом. Не слишком глубоким… Но всё же я залипаю на нём.

Очередной неожиданный кошмарный момент всё-таки заставляет Дашку вздрогнуть и вжаться в мою руку.

Наконец-то…

Я прижимаю девушку к себе. Страшный эпизод затягивается. Опасность поджидает главного героя за каждым углом. Да ещё эта музыка… Давящая, нагнетающая ужас.

Даша закрывает глаза рукой. Нервно хихикает.

— Что там, Тём? Он выбрался? Нашёл выход?

Я не знаю…

Тём?..

Мне чертовски понравилось, как это сказала именно она.

— Чего молчишь? Его убили? — она растопыривает пальцы и смотрит на экран в тот момент, когда на героя нападает монстр. Вскрикивает от ужаса: — Ай!!

И сразу же вновь хохочет, видимо, чтобы скрыть то, что действительно испугалась.

Я притягиваю её к себе ещё ближе. Голову прижимаю к своей груди. Для надёжности накрываю её руку, которую она держит на лице, своей, чтобы точно не подглядывала в экран.

— Не смотри, — говорю, понизив голос. — Это просто ужасно.

— Что там? — Даша немного ёрзает в кресле, но не пытается отпрянуть от меня.

Из всех динамиков кинотеатра орёт музыка и слышатся громкие чавкающие звуки. Монстр поедает героя — видимо, он не был главным.

Картинка сменяется, и там уже не происходит ничего страшного. Но я предпочитаю не отпускать Дашу.

— Ещё не всё… Подожди, тебе лучше этого не видеть, — нагло вру ей.

Дашка отдирает мою руку от своих глаз и смотрит на экран. Видимо, поняла, что всё уже закончилось, именно по звуковому сопровождению.

— Соболев! — восклицает возмущённо. Отстранившись, вмазывает мне по плечу.

— Что? — спрашиваю совершенно серьёзно, не сводя внимательного взгляда с её лица.

Даша долго молчит, а потом негромко произносит:

— Ничего.

Устраивается в кресле поудобнее и возвращается к просмотру фильма. И до самых титров больше на меня не смотрит.

Интересно, что так сильно её задело? Что я распускал руки? Или то, что она позволяла мне это делать?

* * *

Мы покидаем зал, выходим в фойе. Взяв Дашу за руку, тяну её вправо, к сосредоточению огромного количества ресторанов быстрого обслуживания. Подвожу к свободному столику. Вешаю наши куртки на спинки стульев.

— Что ты будешь? — оглядываю ассортимент блюд на витринах. — Пиццу? Бургеры?

— Угадай! — дерзко бросает она, посмотрев на меня с вызовом. — Давай же, Артём. Ты же всё обо мне знаешь! И мы же так похожи!

Она опускается на стул. Продолжает смотреть на меня и, быть может, ждёт, когда я совершу ошибку.