Книга Притворись моей, девочка!, страница 14 – Кира Сорока

Свет ещё не погас, а значит, мы не опоздали к трейлерам.

Артём так смотрит на меня, что ещё немного — и дыру в лице прожжёт.

— И, отвечая на твой вопрос, почему ты избегаешь поцелуя со мной, — он делает драматическую паузу, — отвечаю: ты просто не умеешь целоваться. Готов поспорить на что угодно, что ты ни разу ни с кем не целовалась.

Я почти давлюсь попкорном. Почти. Он застревает в горле, но я делаю глоток фанты через трубочку и с невозмутимым видом отвечаю Соболеву:

— Не угадал. Целовалась. И не раз.

Хорошо, что в этот момент гаснет свет, и он не видит моих красных щёк. А ещё мы сразу отвлекаемся на то, что происходит на экране…

Артём

Целовалась, серьёзно?

Гаснет свет, я перевожу взгляд на экран. Включают рекламу какого-то фильма, и я пытаюсь на ней залипнуть, но…

Немного жарко и я снимаю куртку.

— С кем ты целовалась? — спрашиваю довольно резко, вновь посмотрев на Дашу.

Она хрустит попкорном и делает вид, что не слышала мой вопрос. Пододвигаюсь ближе и повторяю:

— С кем ты целовалась, Рязанова?

— А? — девчонка невинно хлопает ресницами, поворачиваясь ко мне. — Ты что-то сказал?

— Ты меня слышала, — цежу сквозь зубы.

Мне казалось, я достаточно внимательно наблюдал за Дашей в пансионе. И знаю о ней почти всё. Поэтому либо она лжёт, либо я чего-то всё-таки не знаю.

Да, точно! Летние каникулы! Злосчастные три месяца в году, которые я проводил вдали от Рязановой.

— Артём, отстань, — она отмахивается от моего вопроса. Кивает в сторону экрана. — Смотри, трейлер крутой. Я хочу узнать, что это за фильм.

На экране какое-то кровавое месиво. Наверняка реклама хорорра или чего-то в этом роде. И пока она, уставившись в экран, наблюдает за живописной картинкой, я наблюдаю за ней.

На очередном страшном моменте Дашка вздрагивает и зажмуривается. Потом распахивает глаза, нервно улыбается. В общем, получает эмоции от просмотра.

Я тоже получаю… Пока залипаю на ней.

Следом запускается ещё один трейлер, на этот раз к комедийному фильму. Даша улыбается, тыча пальцем в экран, комментирует, что обожает этого актёра. Я не знаю, про кого она говорит, потому что не смотрю.

Я всё ещё не могу оторваться от её лица.

Последний год я не раз задавался вопросом, какие парни ей нравятся. Могла бы она обратить на меня внимание, не будь мы по разные стороны баррикады? Мы с братом с одной стороны, Даша с друзьями — с другой. Ведь по сути мы с ней были врагами.

— А какой, кстати, фильм будем смотреть? — внезапно спрашивает Даша.

Моргнув, перевожу взгляд с лица девушки на экран. Трейлеры закончились, и сейчас показывают ролик о поведении в кинотеатре.

— Ужасы, — отвечаю с улыбкой и вновь поворачиваюсь к ней. — Ты ведь их любишь, верно?

Она поджимает губы и нехотя признаётся:

— Ну да… Только не говори, что ты тоже.

Да, люблю пощекотать себе нервы. А ещё в подобных фильмах злодей обычно намного хуже моего отца, но главный герой как-то выживает при этом.

Снова улыбнувшись, киваю:

— И это не все наши с тобой совпадения. Уж поверь.

Дашка фыркает и отворачивается от меня.

Запустив руку в ведро с попкорном, загребаю побольше. На экране уже идут начальные титры, и я в качестве передышки решаю глянуть фильмец. Там очередная история туристов, свернувших не туда.

Но едва дожевав попкорн, понимаю, что мне уже не хватает общения с Дашкой. К тому же, у фильма слишком долгое и нудное начало.