Книга Пепел после тебя, страница 85 – Кира Сорока

Мы не раздеты. И скромно лежим поверх одеяла. И объятья у нас скромные и нежные. С моей мышкой по-другому нельзя. Убежит и спрячется в норку.

Люблю её... Грудь буквально выламывает от объёмности чувств.

«Любовь — это боль»... Вспоминаю, как однажды написал это. Почему? Потому что даже когда хорошо, всё равно больно. Потому что всё это заканчивается...

Но сейчас мне хоть и больно немного, но всё же это приятная боль. Напоминающая о том, что я могу потерять. И я ни за что это не потеряю. Ничего у нас не закончится!

— Твоя бабушка любит театр?

Алина приподнимается с моей груди и смотрит в глаза.

— Не знаю. Наверное.

— Тогда куплю билеты на следующие выходные. Сходим втроём.

— Ты серьёзно? — загорается её взгляд. — Бабушка наверняка будет в восторге. Она давно никуда не выбиралась.

Чмокает меня в щёку, но я ловлю её губы и углубляю поцелуй. Через несколько секунд пульс начинает частить, а мысли путаются. ААА! Как же сложно-то в руках себя держать!

Первым отстраняюсь и вскакиваю с кровати.

— Идём на прогулку, да? — натянуто улыбаюсь Алине, пытаясь усмирить накатившее возбуждение.

Я бодрячком, да. Бодрячком!

Уговоры-уговоры...

— Да, идём, — она выглядит смущённой.

Ведь всё прекрасно видит. Понимает, что со мной делает.

Мы одеваемся. Алина звонит бабушке, просит её выйти. Дожидаемся бабу Валю возле подъезда.

— Ну? Как будем меня представлять? — довольно ухмыляюсь, притянув Алину к себе.

— Давай правду скажем, — утыкается носиком в мою шею. — Всё равно ведь догадывается она.

— А отец?

— А отца здесь пока нет. Вот когда приедет, тогда и буду решать, как и что говорить.

— Мы будем решать. Не ты, — поправляю её.

Поднимает на меня благодарный взгляд. Прикусывает губку.

— Забыла сказать...

— Что? — я не дышу.

Что-то мне подсказывает, что скажет что-то нежное.

— Я тоже тебя обожаю, Егор!

И звучит это как признание в любви.

— Моя девочка...

Ни договорить, ни прижаться к её губам не успеваю, потому что дверь подъезда распахивается. Баба Валя делает шаг из подъезда, и я на автомате подрываюсь к ней. Там всё ещё скользко, никто ничем не посыпал. Женщина ожидаемо поскальзывается, но я успеваю её поймать. Охнув, хватается за меня. Совершенно растерянная. Алина подхватывает её с другой стороны.

— Стоишь, бабуль? — громко спрашивает девушка.

— Ещё нет, — глухим голосом отзывается она, а потом вглядывается в моё лицо. — Ой, спасибо тебе Алинин одноклассник! Напомни, как тебя звать-то.

— Егор.

Веду бабу Валю на менее опасное место.

— Погуляем сегодня втроём, ты не против? — подключается Алина и берёт бабушку под руку.

— Я только за, — с подозрительным прищуром смотрит то на меня, то Алину.

Моя мышка права — она догадывается.

Медленно идём по тротуару. Потом сворачиваем к аллее. Температура — градусов двенадцать ниже ноля. Но мне ни черта не холодно. Чувства, бурлящие во мне, греют похлеще печки. Баба Валя присаживается на лавочку, Алина рядом с ней. Я остаюсь стоять.

— Вы дружите, я так понимаю? — взгляд старушки становится требовательным.

— Да. Дружим, — киваю я. — Алина мне очень дорога.

Бабушка легонько пихает Алину в бок. На её лице выражение типа «Слышала? Вот это ничего себе!»

— И что, у вас это взаимно? — спрашивает у внучки.

— Взаимно, бабуль, взаимно! — смеётся Алина. — Егор очень хороший.