Онлайн книга «Пепел после тебя»
|
Пиццерия... Этот мудак обнимал её. Потом мы столкнулись, и она втиснулась между нами. Меня снесло адреналином, мы подрались. Набережная... Его кофта на её плечах... Потом та драка, когда я взял Дана и Макса с собой. Вмешались какие-то прохожие, и Алина ушла с ним... Как обо всём этом не думать? У них был какой-то свой мир, о котором я нихрена не знаю. Возможно... Тяжело сглатываю, зажмуриваюсь. Душу рвёт на части... Возможно, он действительно ей подходил больше. С ним не было таких проблем, как со мной. Он не играл с её чувствами, чтобы понять свои. Его друзья — не отморозки. И он такой весь правильный по сравнению со мной... Стоп! Но он же ей изменял! Или нет? Тёлки возле него вьются — это факт. Переходил ли Тим черту? Тогда, в прошлой жизни, я был уверен, что переходил и не раз. Но сейчас, когда Алина со мной, я даже в бреду не могу представить, что захочу кого-то, кроме неё. Хотел ли он? Весь взмокший, я торможу и убираю «вёсла». Дыхание тяжёлое, веки тоже потяжелели. Иду в душ. Несколько минут стою под тугими тёплыми струями. Вытираюсь, надеваю шорты. Когда возвращаюсь в гостиную, понимаю, что свет выключен. А на диване... Подхожу ближе. Алина... Обняв плед руками и ногами, воткнулась в него ещё и носом и, похоже, спит. Я дал ей свою футболку, которая целомудренно прикрывала её бедра, но сейчас она задралась, оголив попку... Что делать? Отнести обратно в спальню? Диван не разложен, вдвоём нам будет тесно здесь. Присаживаюсь на корточки. — Эй, малышка... Не открывая глаз, бормочет: — Ты оставил меня одну... Это обидно... Улыбаюсь. Моё сердце поёт и несётся вскачь. Ложусь за её спиной, обнимаю за талию. Она разворачивается и, уткнувшись носом в мою шею, вновь бормочет: — Не оставляй меня, пожалуйста. — Ни за что, — шепчу в ответ. — Обещаешь? — Клянусь. Через полминуты она вновь дышит размеренно. Уснула... Её рука соскальзывает с меня и замирает где-то слишком близко с пахом. Ооо... Ну всё, сон опять как рукой сняло. Бережно обнимаю её за плечи и зажмуриваюсь. Пульс грохочет в горле. Всё же я живой... И у меня есть потребности... А она в этом смысле пока не в доступе. Хочется побиться затылком о диван. Невесомо прижимаюсь губами к её лбу. Алина мычит что-то нечленораздельное и теснее ко мне прижимается. Мне плохо... И чертовски хорошо. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем меня вырубает. Сладкие фантазии и яркие образы преследуют во сне. А слияние наших тел наяву такое крепкое и чувствуется так остро, что я не до конца уверен, где сон, а где явь. Обжигающий поцелуй в ключицу... прикосновение пальчиками к щеке... Прядка волос скользит по моему плечу... её горячее тело вжимается в меня... Всё это внезапно заставляет проснуться. — Привет, — жмурясь от яркого солнца, бьющего в окно, тихо говорит Алина. Наши тела переплетены и будто приклеились друг к другу. Но она не торопится сбежать. Укладывается щекой на мою грудь. — Как думаешь, сколько сейчас времени? Самое время принимать контрастный душ. Я заведён до предела. Однако вслух хриплю: — Будильник на семь ещё не срабатывал. И, как по команде, он включается, вибрируя и трезвоня под подушкой. С трудом просовываю руку. Вырубаю. Алина глубоко и тяжело вздыхает. — Может, никуда не пойдём? — И дадим твоему отцу повод усомниться в том, что наши отношения адекватные? Нет уж. Мы прилежно учимся, получаем аттестаты и сваливаем. |