Книга Ты под запретом, страница 93 – Лена Бонд

Сейчас я пойду к Илье, но что потом? Я замираю на мгновение, сжимая в руках футболку. Ладно, буду действовать по ситуации. Главное — уйти отсюда. Я не могу уехать послезавтра! Это жестоко, несправедливо! Ещё и жить в семействе набожных фанатиков, у которых дом заставлен иконами.

Перед глазами всплывает образ Павла — бледный парень, с прилизанными светлыми волосами и вечно опущенным взглядом. Я видела его всего пару раз, когда он приезжал с отцом к нам в гости, и когда мы ездили к ним на ужин. Он всегда сидел молча, отвечая только когда к нему обращались, и смотрел на меня странным оценивающим взглядом, от которого становилось не по себе. Меня передёргивает от одной мысли о том, чтобы жить с ним под одной крышей.

Дверь распахивается без стука, и на пороге появляются мама и Борис. Их лица искажены гневом, и я инстинктивно отступаю к окну.

— Ты переходишь все границы, Полина, — голос Бориса звучит угрожающе спокойно. — Если ты сейчас уйдёшь, то домой в Москву можешь вообще не возвращаться. У тебя больше не будет дома.

Его слова бьют как кнут по самому больному месту. Неужели они способны на такую жестокость? Но я продолжаю собираться, пытаясь не показать, как сильно меня ранили его слова. Внезапно меня пронзает мысль — паспорт! Я бросаюсь к тумбочке, где лежали документы, но там пусто.

— Это ищешь? — Борис поднимает в воздух руку с моим документом. — Паспорт получишь в аэропорту, когда будешь проходить регистрацию на рейс до Москвы.

— Вы не имеете права! — шиплю я, чувствуя, как внутри всё кипит от бессилия и ярости.

— Это для твоего же блага, Полина, — вмешивается мама, и от её фальшивой заботы меня тошнит.

Я чувствую, как глаза начинают щипать от подступающих слёз. Нет, я не буду плакать перед ними. Не доставлю им такого удовольствия. Поверх всех вещей закидываю свой телефон и блокнот, застёгиваю молнию и проскальзываю мимо них в коридор, как тень.

— Полина! — кричит мама, но я уже не слушаю.

Надеваю кроссовки прямо на ходу, хватаю куртку и выскакиваю из дома. На крыльце я сталкиваюсь с Асей. Её глаза широко распахнуты, в них видны тревога и непонимание.

— Полька, что случилось? — её тонкий голосок дрожит от страха. — Куда ты?

Я останавливаюсь на мгновение. Моя маленькая сестрёнка, единственный человек в этой семье, который по-настоящему меня любит. Боль пронзает сердце, ведь сейчас я бросаю её, оставляю одну с ними.

— Прости меня, Асенька, — шепчу я, крепко обнимая её дрожащее тельце. — Я не могу больше здесь оставаться. Но мы обязательно увидимся, клянусь тебе!

Я отстраняюсь и быстро иду к калитке, слыша за спиной душераздирающий плач Аси.

— Поля! Полечка, не уходи! Не оставляй меня!

Оглядываюсь и вижу, как Борис хватает её за плечи и тащит обратно в дом. Она вырывается, протягивает ко мне маленькие ручки, и эта картина разрывает моё сердце в клочья. Но я продолжаю идти, яростно смахивая непрошенные слёзы. Сейчас у меня есть только одна цель — добраться до Ильи.

Дорога до его дома кажется бесконечной. Ноги подкашиваются от нервного напряжения, в голове пульсирует кровь. Когда наконец вижу знакомый забор, чуть не падаю от облегчения. Входную дверь подпирает веник — значит, Ильи нет дома, только мама. Я не решаюсь зайти и побеспокоить её. Вместо этого сажусь на ступеньки, кладу рядом с собой сумку и обнимаю колени руками, пытаясь унять дрожь.