Книга Ты под запретом, страница 95 – Лена Бонд

— Спасибо, — шепчу я, поднимая на Илью глаза, полные благодарности. — Не знаю, что бы я делала без тебя…

Он садится рядом со мной и нежно убирает прядь волос с моего лица.

— Ты бы справилась, — уверенно говорит он. — Ты сильнее, чем думаешь, Полина.

Слабо улыбаюсь, не веря его словам, но я благодарна за то, что он их сказал. Получается, Илья верит в меня больше, чем я сама…

— Ложись, — повторяет он. — Тебе нужно восстановить силы.

Я послушно опускаюсь на подушку, не снимая одежду, а Илья заботливо укрывает меня пледом, и его тепло окутывает меня, как кокон. Я чувствую себя такой защищённой, такой… любимой. Он наклоняется и нежно целует меня в лоб.

— Отдыхай, — шепчет Илья, прежде чем уйти по своим делам. — Я буду здесь недалеко...

* * *

Просыпаюсь я резко, словно от толчка. Несколько секунд лежу, не понимая, где нахожусь. Чужой потолок, незнакомые запахи... И тут память обрушивается на меня водопадом. Боже... это всё правда. Я действительно ушла из дома. Я здесь, у Ильи.

За окном уже сгущаются сумерки — должно быть, я проспала много часов. Тело ломит так, словно меня переехал грузовик, а в голове гудит, как в растревоженном улье. Каждая мышца протестует, когда я медленно сажусь на кровати, пытаясь собрать мысли в кучу. Получается откровенно плохо.

Вдруг дверь тихо скрипит, я поднимаю взгляд и вижу в проёме Илью.

— Принцесса, — тихо говорит он, подходя ближе. — Давно проснулась?

— Только что, — отвечаю я, пытаясь улыбнуться, но губы плохо слушаются.

Илья садится рядом со мной на кровать, и матрас прогибается под его весом. Он осторожно берёт мою руку в свою, и его прикосновение посылает волну уютного тепла по всему телу.

— Как ты? — спрашивает он, заглядывая мне в глаза.

Я пожимаю плечами, не зная, что ответить. Как я могу описать этот хаос внутри? Эту смесь страха, отчаяния, вины и злости?

— Я не знаю, что мне делать дальше, — признаюсь я, и мой голос звучит так жалобно, что мне становится стыдно за себя. — У меня нет паспорта, нет денег. А Ася… Ты бы видел, как она плакала, Илья. Она не хотела, чтобы я уходила. А я бросила её…

Волна слёз подступает к горлу, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не разрыдаться. Илья притягивает меня к себе, обнимая за плечи. Я утыкаюсь лицом в его грудь, вдыхая уже такой родной, успокаивающий запах.

— Давай решать проблемы по мере их поступления, хорошо? Сейчас главное, чтобы ты знала: ты можешь оставаться здесь столько, сколько нужно. Завтра мы подумаем, что делать с паспортом. А потом решим, как тебе видеться с Асей.

Он говорит «мы»... Не «ты справишься», а «мы подумаем», «мы решим». Рядом с Ильёй я действительно чувствую, что не одна, что у меня есть опора.

В его словах столько уверенности, столько силы, что я начинаю верить — может быть, действительно всё не так безнадёжно. Может быть, рядом с ним я смогу собрать осколки своей жизни в нечто целое.

— А сейчас, — продолжает он, — я думаю, тебе не помешает поужинать. Мама приготовила свой фирменный вкусный борщ, и она очень хочет с тобой познакомиться. Если ты, конечно, не против.

— Конечно нет, — говорю я, нервно поправляя волосы. — Я буду очень рада.

— Не волнуйся, она у меня добрая. Но болезнь постепенно отнимает её силы. иногда она может быть медлительнее, чем здоровый человек. Не обращай на это внимание.