Книга Ты под запретом, страница 39 – Лена Бонд

Болезнь, которая ещё час назад казалась мне серьёзной проблемой, теперь выглядит мелкой неприятностью по сравнению с тем, что я узнала. Вот это мы по-настоящему приплыли, Полина…

Утреннее солнце бьёт в глаза, и я щурюсь, глядя в потолок. Два бесконечных дня постельного режима высосали из меня все жизненные соки, превратив в какое-то бесформенное, апатичное существо. Хорошо, что температуры уже нет, горло тоже не болит. Болезнь вообще протекала очень легко, словно мой организм решил не добавлять проблем к тому хаосу, что теперь творится в моей жизни, но внутри всё равно ощущается пустота. Будто все силы ушли не только на борьбу с болезнью, но и с новой, пугающей реальностью, которая обрушилась на меня вместе с маминым признанием.

Наша семья скрывается в Порошино от проверок бизнеса Бориса, а на наших счетах нет денег. Эта мысль до сих пор царапает изнутри.

Мысли путаются, и я снова возвращаюсь к тому, что не даёт мне покоя эти два дня. Что, если денег Бориса больше не будет? Что, если его бизнес тоже попадёт под проверки, и они выявят что-то серьёзное? Что если у нас всё конфискуют, и он сядет в тюрьму? Что будет с нами? Со мной…

Я никогда не задумывалась о том, что всё может измениться в один момент. Мой университет — один из самых дорогих в Москве. Смогу ли я продолжить обучение, если денег не станет? Мы живём в шикарном загородном доме со своим бассейном и теннисным кортом, мой шкаф забит брендовыми вещами. Мои друзья... Вот тут я спотыкаюсь в своих размышлениях.

Кто они, люди, которых я называю друзьями? Я знаю ответ. Это дети таких же богатых родителей, как и я. Мы учимся в лучших вузах страны, зависаем в одних и тех же клубах и ресторанах, где бутылка шампанского стоит как месячная зарплата обычного человека, отдыхаем на одинаковых курортах, смеёмся над одними шутками про «нищебродов». Господи, как же это мерзко звучит сейчас, когда я сама могу оказаться по ту сторону баррикад! Посмотрит ли на меня хоть кто-то из моей «крутой» компании, если узнает, что я — простая девочка из Кузбасса, чья мать когда-то приехала покорять Москву после смерти мужа?

Я закрываю глаза и представляю себе другую Полину. Ту, которая могла бы существовать, если бы мама не встретила Бориса девять лет назад. Возможно, мы бы до сих пор жили в той крохотной съёмной квартире на окраине, экономя на всём. Я бы поступила в обычный вуз, если вообще смогла бы поступить без репетиторов. Носила бы одежду из масс-маркета и радовалась бы походу в кино раз в месяц, как празднику.

От этих мыслей меня бросает в холодный пот. Я никогда не ценила то, что имею. Принимала, как должное. А теперь всё может рухнуть в один момент…

— Полька, ты проснулась? — Ася замечает, что я уже не сплю, и заглядывает в моё лицо, а её глаза блестят, как у милого котёнка с картинки. — Как себя чувствуешь?

— Нормально, — отвечаю я, приподнимаясь на локтях. — Сегодня определённо лучше.

Ася расплывается в улыбке и осторожно присаживается на край моей кровати. Все два дня она практически не отходила от меня ни на шаг, постоянно проверяя, как я себя чувствую, нет ли у меня температуры, пью ли я достаточно жидкости и принимаю ли лекарства. Мне кажется, родная мать в моём детстве не суетилась вокруг меня так, как младшая сестрёнка.