Книга Ты под запретом, страница 2 – Лена Бонд

Внезапно машина притормаживает, сворачивая с трассы, и я вижу покосившуюся голубую табличку «Порошино 2.5».

— Что за... — начинаю я, но осекаюсь, когда асфальт под колёсами сменяется грунтовой дорогой, и машину начинает трясти ещё сильнее.

— Почти приехали, — бодро сообщает Борис, крепче сжимая руль.

Я опускаю взгляд на телефон, мой последний оплот связи с цивилизацией, и замираю. Вместо привычных полосок связи — пустота и надпись «Нет сети». Ужас накатывает волной, перехватывая дыхание. Я чувствую себя так, словно меня только что столкнули в пропасть.

— Эээээ, вы куда меня везёте?! — мой голос взлетает на октаву выше, и в нём слышится неприкрытая паника. — У меня пропала связь! Вы что, издеваетесь?!

Борис смотрит на меня через зеркало заднего вида, и я вижу в его глазах удовлетворение и насмешку. Это выражение я ненавижу больше всего — оно всегда появляется, когда он думает, что преподал мне «урок жизни».

— Значит, у нас будет детокс от гаджетов. Это очень полезно, между прочим.

— Полезно?! — я чувствую, как внутри закипает ярость. — Я не могу быть без связи! Я должна…

— Полина, хватит, — обрывает меня мама тоном, который не терпит возражений. — Мы уже всё решили.

Конечно, они всё решили. Они всегда всё решают, не спрашивая моего мнения.

— А мне даже нравится, что какое-то время мы будем в информационном вакууме, — неожиданно подаёт голос Ася, отрываясь от своего телефона.

Я смотрю на неё, как на предательницу.

— И это нам говорит человек, который не вылезает из телефона и планшета, — язвительно замечаю я.

Ася равнодушно пожимает плечами, и её круглое лицо с веснушками выглядит абсолютно безмятежным.

— Пффф, я спокойно могу прожить без гаджетов.

— Молодец, Асенька, — мама оборачивается и одобрительно улыбается. — Вот, бери пример с сестры, Полина.

Я закатываю глаза и отворачиваюсь к окну, чувствуя, как к горлу подкатывает комок слёз. Бери пример с сестры. Конечно. Восьмилетний ребёнок — идеальный образец для подражания. Может мне ещё начать играть в куклы и верить в Деда Мороза?

За стеклом проплывают какие-то сараи, покосившиеся заборы и огороды. Это даже со скрипом не похоже на деревню из рекламных буклетов — никаких милых домиков с геранью на окнах, никаких живописных пейзажей. Только пыль, грязь и ощущение, что цивилизация осталась где-то в другой галактике.

Ася дотрагивается до моей руки, и я нехотя поворачиваюсь к ней, пытаясь скрыть слёзы, которые уже готовы хлынуть из глаз.

— Не переживай, сестрёнка, — говорит она с этой своей раздражающей детской мудростью, — это ведь всего лишь на две недели, правда, пап?

В машине повисает тишина. Я перевожу взгляд с Аси на маму, потом на Бориса. Никто не отвечает, и эта тишина пугает меня больше всего.

— На две недели, правда ведь? Почему вы молчите? — паникую я, чувствуя, как сердце начинает биться где-то в горле.

Мама поворачивается ко мне с виноватым выражением лица, и я уже знаю, что услышу что-то ужасное.

— Полиночка, понимаешь...

— До конца лета, — обрубает Борис, не отрывая взгляд от дороги.

Его слова обрушиваются на меня, как лезвие гильотины. До конца лета… ДО КОНЦА ЛЕТА?! Это не две недели. Это целая вечность. Это конец моей социальной жизни, конец моей репутации, конец всего, что имеет для меня значение.