Книга Во власти любви. Книга вторая, страница 133 – Эмилия Вон

— И что теперь? Ты получил ответы на свои вопросы, а, Маттео? – я был в бешенстве.

Мне все еще было трудно дышать, и я не мог нормально двигаться без раздирающей боли в груди и боку.

Маттео наконец обернулся.

— Это не Синдикат и точно не Якудза. Никто из них не работает с байкерами, – он указал на трупы. – Эти тараканы слишком проблемные, чтобы кто-то из таких крупных семей сотрудничал с ними. Мы не заключаем договоры и уж тем более не продаем им товар. Потому что они за гроши толкают его каждому второму. Не важно, ребенок это или душевнобольной. А когда тех ловят копы, то сразу сдают тех, кто этот товар им передал.

— А вы что, полиция морали? Вам плевать на детей и прочих. Вас интересуют лишь деньги и власть, и не нужно прикидываться святошей из-за того, что ты не торгуешь наркотой.

— Сядь в машину.

— Засунь свой приказ себе в задницу, Маттео.

Я уже собрался свалить отсюда к черту, но мой взгляд зацепился за ублюдка, который должен был быть в отключке. Он навел пистолет своей здоровой рукой прямо на Маттео, который стоял к нему спиной и не мог увидеть этого.

Твою мать.

— Маттео!

Мерзавец щелкнул предохранителем пистолета, готовясь нажать на курок, но я опередил его, когда не раздумывая выпустил пулю из собственного оружия.

Тело мужчины упало на землю с глухим ударом. Из отверстия между глаз сочилась алая кровь.

Я замер, наблюдая за тем, как лужа под телом становилась все больше. У человека, который всего секунду назад дышал, была дыра в голове. Из-за меня. Я убил человека. Пять лет в полиции не окрасили мои руки в красный, но пять часов с Маттео сделали из меня убийцу.

В какой-то момент я, по всей видимости, уснул в дороге, потому что, открыв глаза, первым делом увидел высокие кованые ворота особняка Моретти.

Дом был погружен во тьму и освещался лишь полной луной и садовыми фонарями. Часы на приборной панели машины показывали начало четвертого утра.

— Какого черта ты привез меня сюда? – из-за дикой боли в ребрах слова давались с трудом.

Ворота открылись, Маттео заехал внутрь и остановился возле лестницы у крыльца. К автомобилю тут же подбежали два солдата в черном.

— Врач уже должен быть здесь, – сообщил Маттео привычным ему холодным голосом. – Тебя осмотрят.

Я ничего не ответил, но и не возражал. Мне действительно требовалась помощь врача, а еще я был слишком слаб, чтобы спорить с ним.

Маттео взглянул на меня со странным выражением и вышел из машины, отдав какой-то приказ солдату. Он кивнул и ушел, прихватив с собой приятеля.

Резкая боль от каждого движения не дала мне покинуть автомобиль и заставила взвыть.

Твою мать.

Я зажмурился и сделал глубокий, насколько это было возможно, вдох. Практически чувствовал, как сломанная кость утыкается в легкое. Одно неверное движение – и она проткнет его, и на этот раз никакое чудо меня не спасет.

Как так получилось, что в последние несколько месяцев моя жизнь зависела от каких-то дюймов? Как я, черт возьми, до такого докатился?

Я открыл глаза, когда услышал приближающийся хруст шагов по гравию. Держась за левый бок, который только недавно начал заживать, я постарался медленно и аккуратно развернуться, чтобы выбраться из машины. Маттео открыл дверь шире и наклонился, чтобы помочь. Я не стал отказываться. Он положил мою правую руку к себе на плечо, и, опираясь на него, я вылез из автомобиля. В таком же положении мы поднялись по лестнице в дом.