Книга Вместе или нет, страница 147 – Ава Уайлдер

Поэтому Шейн сдержал свой первый порыв, позволив ей прочувствовать этот момент. Впереди целая жизнь, он успеет ей все сказать. И показать.

Кроме того, теперь они квиты.

— Ты же знаешь, для меня в этом никогда не было проблемы, ― прошептал он. ― То есть в том, чтобы вместе показаться на публике. Если бы все зависело только от меня, я бы с первого дня кричал об этом на каждом перекрестке.

Лайла опустила взгляд, вероятно, чтобы скрыть улыбку.

— Наверное, и не было никакого смысла пытаться хранить это в тайне. Такое ощущение, что мы узнали обо всем последними.

— Говори за себя!

— И ты не собирался мне ничего говорить?

— По-твоему, это я виноват?

В груди у Шейна что-то сладко таяло. Он подошел к Лайле ― он хотел поцеловать ее и уже коснулся ладонями ее лица, но почувствовал, как ее трясет, как бешено бьется ее пульс под его пальцами. Поэтому вместо поцелуя Шейн взял руки Лайлы в свои и нежно погладил их по каждому суставчику. Лайла вздрогнула, ее глаза на мгновение закрылись и открылись вновь. Она выглядела такой хрупкой, что у Шейна защемило сердце. Ему показалось, что она вот-вот заплачет, и он крепче сжал ее руки в своих.

— Нет. Ты ни в чем не виноват, ― тихо произнесла она.

В дверь громко постучали ― пришел ассистент режиссера, чтобы развести участников шоу по местам для съемки финальной части. Они вышли из-за кулис держась за руки. Шейн не отпускал руку Лайлы и тогда, когда они пробирались к сцене и занимали свои места в центре первого ряда среди актеров. Люди вокруг что-то говорили ему, поздравляли, хлопали по спине, но все, на чем он мог сосредоточиться, ― это тепло руки Лайлы в его ладони.

Предчувствие того, что должно было сейчас произойти ― что они должны были сделать, ― наполнило Шейна непонятным и пугающим спокойствием. Как будто весь предыдущий вечер был кошмаром ― далеким, неприятным воспоминанием, ― и теперь, когда он проснулся, не имел больше над ним власти.

Шейн отпустил руку Лайлы и обнял ее за плечи. Она быстро взглянула на него и придвинулась ближе, положив руку ему на грудь, но тут же смущенно ее опустила, когда режиссер начал обратный отсчет. Музыканты заиграли вступление, и Шейн повернулся к камере.

— Спасибо Лайле Хантер, Андромеде Икс и всему актерскому составу… Это была потрясающая неделя. Доброй всем ночи!

Музыка заиграла громче. Если бы Шейн уловил на лице Лайлы хотя бы тень сомнения, он бы ничего не сделал. Но он видел только радостное возбуждение и предвкушение ― то есть те чувства, которые, вероятно, отражались и на его лице.

Едва заметное движение его бицепсов, и Лайла оказалась прямо перед ним, ее грудь прижалась к его груди, его губы без колебаний прильнули к ее губам, рука взметнулась вверх и обхватила ее затылок.

Шейн смутно осознавал, что аплодисменты вокруг них переросли в оглушительный шквал, но он почти перестал что-либо слышать, когда ее руки сомкнулись на его поясе, губы приоткрылись, язык стал искать его язык. Однако в поцелуе не было ничего непристойного. Он был сладким, обнадеживающим и прекрасным ― они крепко обнимали друг друга, мягко раскачиваясь взад-вперед, замыкая круг, выстраивая собственный уединенный островок, защищенный от бушевавшего вокруг хаоса. Они целовались у всех на виду, но в то же время их поцелуй оставался глубоко личным.