Книга Счастливая случайность, страница 207 – Макс Монро

— Брук, что случилось? О, Господи, да что такое? Кто-то умер? – Голос у нее разом и громкий, и скрытный, такой, какой бывает только у матерей маленьких детей, и, пока Сэм привлекает меня к себе, Бенджи крутится вокруг нас двоих.

— Брук, скажи мне, что происходит, чтобы я могла тебе помочь. Мне заняться организацией похорон или искать наемного убийцу? Скажи, в каком направлении мне работать.

— Я… я… я та-ая ту-ая.

— Та-ая ту-ая? Та-ая – такая? Такая ту-ая – такая тугая? Такая тун туд туп тупая, такая тупая. Ты такая тупая! – Сэмми восторженно выкрикивает свой успешный перевод, отчего я хмурюсь. Ну, то есть я понимаю, что мне доводилось изъясняться и более внятно, чем сейчас, но у меня тут кризис в самом разгаре, в конце-то концов. Сэмми замечает мое недовольство и тут же исправляет выражение лица. – Прости. Правда, прости, – извиняется она, проводя нежной рукой по моим волосам и накручивая их кончики на палец, как делала наша мама, когда мы были детьми. – Сделай глубокий вдох, Бруки. Соберись, чтобы ты смогла рассказать мне, что не так, ладно?

Соберись? Ха. Да я настолько далека от собранности, что это даже не смешно. Это трагично.

Она мягко поглаживает меня по волосам, то и дело проводя пальцем по моей щеке всякий раз, как сбегает очередная слеза.

— Все будет хорошо, я обещаю. Нет ничего такого, чего мы с тобой не исправили бы.

Мои вдохи остаются короткими и отрывистыми куда дольше, чем мне бы хотелось признавать, но благодаря ее тихому руководству и несомненному терпению мне в конце концов удается побороть застрявшую в горле лягушку и составить связное предложение:

— Я… Я конкретно облажалась с Чейзом. У меня был шанс, настоящий шанс быть с парнем моей мечты, и я его профукала.

Едва эти слова успевают выскочить из моего рта, как я уже в четырехсотый раз разражаюсь слезами. Произнеся это вслух – признав, насколько на самом деле велика моя промашка, – я будто заново проваливаюсь в полноценный нервный срыв.

И это я еще думала, что бедняга Марк видел меня в моем наихудшем состоянии. Да пока мы говорим, я уже достигаю новых уровней срыва.

— Ох, Брук. – Она обнимает меня. – Тебе не хуже моего известно, что не бывает такой ямы, из которой не выбраться. Не бывает такой проблемы, которую нельзя разрешить. Я знаю тебя как личность и, полагаю, Чейз тоже. Ты не могла сделать ничего такого, чего не можешь исправить, милая моя. Потому что ты не мстительная, ты не причиняешь зла по доброй воле, ты не издеваешься, ты не мелочная и не холодная. Что бы ты там ни сделала – это не более чем ошибка, и я тебе помогу придумать, как ее исправить. Обещаю.

— Я бы о себе тоже такого не подумала. Но Сэм, – плачу я, – он… он… нашел список дерьмовых качеств, который я про него составила-а-а-а.

— Дерьмовых качеств? Не понимаю. Я прочла книгу, и ты там ни единого плохого слова не сказала.

— Я знаю! – всхлипываю я. – В том-то и проблема, как он сказал. Клайв был слишком идеальным. – Я всхлипываю еще пуще. – Так что я написала список ужасных вещей, чтобы попытаться войти в нужное состояние ума и несколько взъерошить его образ, а теперь… – Я икаю. – А теперь это!

— Ты ему объяснила, зачем это сделала?

— Я пыталась! Но вот я сказала, что это книга о нас, а еще этот список, и еще я только что призналась, что люблю его, а он…