Книга Счастливая случайность, страница 156 – Макс Монро

А еще это может вызвать повторение того вечера… Мой мозг пытается напомнить мне о прошлом разе, когда мы с Брук столкнулись, стоило мне выйти из душа, но я давлю этого гада, как жука.

Когда она наконец выходит, на ней толстовка оверсайз, леггинсы и опухшее лицо очень расстроенного человека. Мне это так не нравится – особенно мысль о том, что это я мог стать тому причиной, – что я начинаю быстро выплевывать слова.

— Привет, Брук. Доброе утро. Как думаешь, мы можем минутку поговорить?

Она приподнимает брови, но, спустя мгновение размышлений, кивает. Я протягиваю руку, приглашая ее к столу, и она идет вперед, уткнувшись глазами в пол.

Я тут же начинаю по ним скучать.

Она садится, а я иду прямо к кофейнику, достаю из шкафчика над ним кружку и наливаю ей полную чашку.

Я добавляю ее любимое количество сливок и сахара, а затем ставлю напиток на стол перед ней, прежде чем скользнуть на место напротив нее.

Она поднимает кружку, чтобы сделать глоток, и я тут же принимаюсь облегчать свою совесть.

— Я хочу начать с извинений за… ну, за последний день или около того. Я знаю, что вел себя немного странно, и я не хочу, чтобы ты думала, что это как-то связано с тобой.

Как будто это может быть связано с кем-то еще, учитывая, что вы буквально срослись за время этого трехнедельного тура…

— Я думаю, что сочетание стресса, нехватки сна и всего этого вождения стали на мне сказываться.

Ее лицо озаряется облегчением, и, как ни странно, мне от этого становится только хуже. Потому что это значит, что я несправедливо вымещал все это на ней, и она все это время чувствовала себя подвергнутой суровому остракизму – а это не самое идеальное чувство, которое я бы пожелал испытать кому-то, кто мне дорог.

— Теперь ты хорошо себя чувствуешь? – спрашивает она затем, и ее брови мило хмурятся от беспокойства. Ее зеленые глаза несколько раз пробегаются по моему лицу, прежде чем она добавляет: – Без обид, но по твоему виду совсем не скажешь, что ты хорошо себя чувствуешь.

— Определенно бывало и лучше. – Я пожимаю плечами. – Наверное, мне просто нужно сходить позавтракать. Хочешь со мной? Может, на Набережной? ^[52]

Ее глаза загораются, и глаза Бенджи тоже. Они воистину милый дуэт, а Бенджи действительно один из самых славных мальчиков. Он так внимательно заботится о Брук, и он всегда знает, когда нужно оставить ее одну, если он в этом качестве ей не нужен.

— Сочту пену у рта за знак того, что ты согласна, – дразню я, и она хихикает. Черт, я скучал по этому звуку.

— Все настолько очевидно?

— Не будет ошибкой сказать, что мы уже достаточно долго общаемся, чтобы я начал понимать намеки твоего лица.

— А этот заключался… в чем? – спрашивает она, весело выгнув бровь. – В стекающих на подбородок слюнях?

Я смеюсь, и кулак, крепко сдавивший мне грудь, разжимается. Голова все еще чертовски кружится, но, блин, мне уже гораздо лучше.

— Кажется, я еще мог заметить, как ты виляешь хвостом.

Бенджи на это гавкает, решив, что я их двоих спутал, и улыбка Брук становится в три раза шире, чем раньше.

— Кстати, я вчера вечером получил твой имейл с изменениями, что ты внесла, – сообщаю я ей. – Я сегодня попозже на них посмотрю.

Брук кивает, но вместе с тем отводит глаза и сосредотачивается на Бенджи, почесывая голову сидящего возле стола пса.