Книга Счастливая случайность, страница 149 – Макс Монро

Я снова поворачиваюсь на звук раскрепощенного хохота Брук и замечаю, как удлиняется ее шея, когда она запрокидывает голову. Я с усилием сглатываю, чтобы отвлечься от того факта, что я не могу отвести глаз – что я не отвожу глаз, несмотря на колоссальные усилия.

Мужчина-ведущий тянется вперед, чтобы, смеясь, похлопать Брук по руке, и все поле моего зрения сужается до места контакта. Мои вены опаляет огнем, а кожу покалывает, и, святые хот вилсы на пластиковом треке, я ревную. Совсем как тогда в машине по пути в Чикаго, совсем как всякий раз, когда другой мужчина смотрит хоть приблизительно в сторону Брук.

Вот блин, Чейз. Ну теперь уж все точно.

Бенджи ерзает взад и вперед перед столом ведущих, его внимательные собачьи глаза глядят прямо на меня. Кажется маловероятным, чтобы он мог ощутить мое сердцебиение оттуда, но он явно ведет себя так, будто может.

Я отворачиваюсь и иду прочь, вынимая телефон из кармана и поднося его к уху.

— Алло? – говорю я несуществующему звонящему. – Конечно, – говорю я с фальшивым смешком, от которого меня до самого нутра пробирает стыд. – Для тебя у меня всегда найдется минутка.

О, Господи. Ниже падать уже некуда. И, если честно, это как-то не вяжется с тем, каким эмоционально зрелым я себя считаю.

Мои ноги работают, как колеса локомотива, ищут какой-нибудь чулан, комнату или, я не знаю, нору, в которую можно было бы заползти, чтобы я мог перестать притворяться, что веду этот фальшивый телефонный разговор, и поделать кое-какие упражнения на глубокое дыхание, примиряясь со своим новым открытием.

Когда я наконец нахожу тихий переулок, в который можно нырнуть, я снова роняю телефон в карман, прислоняюсь к кирпичной стене и позволяю своей голове с глухим ударом об нее стукнуться. Немного больно, но небольшая проверка на реальность происходящего при помощи физической боли сейчас кажется сугубо необходимой.

Да как же это я позволил себе такое сделать? Открыто втрескаться в Брук, да так сильно, что уже случайные незнакомцы это замечают? Ревновать из-за невинного прикосновения какого-то обрюзгшего телеведущего? Брать и уходить под предлогом фальшивого телефонного звонка, чтобы не пришлось объяснять свекольно-красный цвет моих щек каждому встречному?

Чуть не поцеловать ее на днях, после того, как вышел из душа…

По правде говоря, если бы не тот громкий звук возле автодома, я точно поцеловал бы Брук. Я бы ее поцеловал, и я понятия не имею, как далеко бы я позволил этому поцелую зайти.

О, ты отлично представляешь, как далеко дал бы ему зайти, ты просто не хочешь с этим смириться.

Еще немного, и я точно испоганю себе многое. Очень, очень многое. Я оставил Нэшвилл за спиной с ясной головой и свободный от отношений. У меня были цели – большие цели, – и мои приоритеты были ясны. Я был готов и настроен безвозмездно вкладывать свои время и креативность, но внезапно обнаруживаю, что оказался в трехнедельном туре с одним из своих авторов, ведя чертов дом на колесах из города в город.

Это звучит безумно. И в этот конкретный момент мне как-то не удается убедить себя в том, что к этому меня подтолкнула именно книга, а не какая-то сумасшедшая потребность в течение длительного времени находиться опасно близко к Брук Бейкер.

Ну, типа, знал ли я, что влюбляюсь, и просто не хотел этого признавать? Или это что-то новое? Вызванное близостью и интимностью совместного проживания с кем-то в течение трех недель?