Книга Влюбленный, страница 158 – Луна Мейсон

— Почему мне вдруг захотелось хот-дог? – Грейсон усмехается, обматывая обрубок левой руки Данте.

Я разрываю его рубашку, обнажая волосатую грудь, и достаю из кармана небольшой нож.

— Это за ее кошмары.

Я наношу глубокие порезы, его мышцы напрягаются, пока я создаю причудливый узор из уколов и ран.

Он хрипит после каждого взмаха ножа и уже не может держать голову прямо. Я бросаю взгляд на Фрэнки. Ему тоже не терпится пообщаться с Данте. Если кто-то и может разговорить пленника, так это он.

Я отступаю назад и подзываю его кончиком ножа.

— Твоя очередь.

Фрэнки хватает Данте за горло, заставляя его открыть глаз.

— Даю тебе последний шанс. Где, блядь, ты спрятал Еву?

— Пош… на х… Фрэн… – хрипит Данте, едва ворочая языком.

Фрэнки отходит назад и пинает мерзавца ногой в грудь, опрокидывая вместе со стулом.

Фрэнки идет проверять Данте, но тот уже основательно истекает кровью. Кажется, он мертв.

— Он так ничего и не сказал про Еву, – устало вздыхает Фрэнки.

Но это еще не конец. Мы продолжим наши поиски. С Данте покончено. Теперь я хочу вернуться к моей Розе.

Я смотрю на Грейсона.

— Сожги его.

— Будет сделано, босс.

Мы – четверо ублюдков. Мы отлично знаем, что такое боль. Мы очень плохие люди. И уже никогда не станем хорошими. Но для наших женщин и детей мы всегда будем лучшими. Все, что мы делаем, – только ради них.

И прямо сейчас я хочу крепко обнять мою девушку.

Келлер и Фрэнки волокут окровавленное тело по лестнице, ведущей к черному выходу, рядом с которым припаркован фургон. В дальнем конце земельного участка есть специальная зона «барбекю». В нашем деле такие места становятся привычным явлением.

Грейсон обливает Данте бензином, в воздухе повисает зловоние. Но, полагаю, этот запах все же лучше, чем вонь мочи и пота. Кажется, что Данте пытается приоткрыть оставшийся глаз. Если мне не показалось, значит, он все прекрасно чувствует.

Я докуриваю сигарету. Мужчины расступаются.

— Это за Розу.

Затягиваюсь и бросаю тлеющий окурок ему на грудь. Мы вчетвером отходим назад, наблюдая, как пламя охватывает тело.

— Я возвращаюсь к моей девушке.

Парни кивают, в их глазах отражается пламя.

Итак, я убедился, что Данте окончательно сдох.

В доме стоит гробовая тишина. Сиенна, Мэдди и дети отправились спать. Мы неплохо провели вечер, и мое настроение немного улучшилось. Приятно наконец-то чувствовать себя частью семьи. Но я волнуюсь за Мэдди, которая вынуждена сидеть в этом убежище, хотя ей совсем скоро рожать.

Она пыталась успокоить меня, рассказывая, что всегда хотела попробовать домашние роды. Грейсон не отпускает ее в больницу. Особенно после того случая, когда Фрэнки удалось ее похитить.

Наверное, сейчас я должна испытывать шок или удивление. Но… нет.

Только не сейчас, когда мой парень пытает в подвале моего бывшего жениха.

Я лежу в темноте, прокручивая в голове события сегодняшнего дня.

Сделала ли я правильный выбор? Или все испортила?

Закрываю рот рукой, чтобы не закричать. А вдруг я права и Ева уже давно мертва?

Меня пожирает чувство вины: независимо от своих действий, я не могла победить.

Слышу внизу хлопок двери. Я переживаю за Луку. Ведь я знаю, каково это – постоянно бороться со своими демонами и страхами.

Он слишком долго принимал на себя всю ответственность. Мужчина, готовый пожертвовать всем ради других, ничего не требуя взамен.