Книга Дикие сердца, страница 73 – Джессика Питерсон

Мои глаза наполняются слезами.

— Кэш.

— Да?

— Можно я тебя обниму?

Он смеется.

— Я думал, ты хочешь меня убить.

— Я могу и это сделать. Но… спасибо… За то, что защищал меня.

— Если бы я знал тебя, я бы не стал этого делать, – отвечает он с ухмылкой.

Я толкаю его в плечо.

— А ты уже начал мне нравиться.

— Видишь? – Он смотрит мне в глаза и улыбается. – Чертовски обаятельный и эмоционально устойчивый. Всегда пожалуйста.

Именно тогда я понимаю, что боль в животе прошла.

— Чувствуешь себя таким крутым, потому что мы сегодня кружились на танцполе? – Глаза Молли сияют. – Не зазнавайся, ковбой.

— Я думал, мы договорились больше не использовать прозвища.

— Ковбой – это не прозвище. Это скорее… вайб.

— Вайб, который тебе нравится?

— Вайб, который меня не бесит, да.

Я поворачиваю направо, и шины встречаются с грунтовой дорогой, возвещающей о нашем прибытии на ранчо Лаки.

Слава богу, мы дома, а то я мог бы поддаться искушению и сделать что-нибудь глупое. Например, потянуться через кабину, чтобы поцеловать Молли.

Черт возьми, я не понимаю, что со мной происходит. Как я мог за неделю перейти от желания прогнать эту девчонку к желанию попробовать ее губы на вкус?

Почему я все продолжаю флиртовать с ней?

Почему и она все продолжает флиртовать со мной?

Я останавливаюсь перед Новым Домом, свет фар скользит по окнам. Я выключаю зажигание.

Молли замирает.

— Что ты делаешь?

— А как ты думаешь, что я делаю? – Я хватаюсь за ручку двери. – Я провожаю тебя до двери.

— Зачем?

— Потому что, – говорю я медленно, – темно, и вокруг могут быть животные, и я хочу убедиться, что ты благополучно добралась до дома. Ты забыла включить наружное освещение.

Она такая чертовски милая, когда удивлена, – носик сморщен, губы поджаты.

— Это часть ковбойского вайба?

— Конечно.

— Со мной все будет в порядке. Дойду одна, я имею в виду. Это всего тридцать футов^[48].

Я улыбаюсь и распахиваю дверь.

— Вот именно. Всего тридцать футов, так что давай я провожу тебя.

— Внутрь ты не зайдешь! – кричит она, собираясь выбраться из пикапа.

Я обегаю капот, чтобы подержать ей дверь.

— Я и не думал оказаться внутри.

— Осторожно, извращенец на горизонте. – Молли принимает мою руку и спрыгивает на землю, демонстрируя при этом свои ноги.

Смеясь, я говорю:

— Я бы и не заметил, если бы ты ничего не сказала. Выкинь это все из головы.

— Извини, не хочу.

Если Молли Лак такая же быстрая, уверенная и бесстыдно пошлая в постели, как и вне ее…

Боже, спаси меня.

Незаметно поправляя джинсы, я отвечаю:

— С тобой одни проблемы.

— Знаю. – Она улыбается, поднимает взгляд, и ее дыхание перехватывает. – О боже, звезды. Они просто невероятны.

Я запрокидываю голову и смотрю на безоблачное небо. Поскольку свет в доме не включен, все предстает с поразительной ясностью: полумесяц, яркие звезды – и даже крошечные, похожие на пылинки.

— Потрясающе, правда? – говорю я.

— В Далласе они точно не такие. Там столько света и смога, что ночью луну почти не видно. – Молли скрещивает руки на груди. – Тут настолько красиво, что как будто не по-настоящему. Эти звезды, ночное небо – от них не устаешь?

— Нет. – Я делаю шаг к ней. – Не устаешь.

Слышно в тишине, как Молли сглатывает.

— Я теперь правда понимаю, почему папе здесь нравилось.