Книга Академия контролируемой магии, страница 138 – Ольга Арунд

— Ты не ответил. – Плохое время, плохое место, но последние недели хороших у меня не бывало.

— На что? – Ориан перебросил копну волос мне за спину.

— Вестник и леди Зольберг. – Как же трудно! Сдержаться, не выдать себя, не опуститься до упреков и обвинений.

— Лея, – насмешливо покачал головой Ориан, поднимая взгляд, – с каких пор ты веришь газетам?

— Я верю тебе, Ориан, – глупое, детское признание, заставившее его замереть. – И надеюсь, что не обманусь в своей вере.

— Эта статья и леди Зольберг были несколько лет назад. Лем любит такие сюрпризы, когда считает, что кто-то зарвался. Тебя это волновало? – Он осторожно приподнял мое лицо за подбородок.

— Если скажу, что нет, ты поверишь? – Едва слышный шепот.

— Я расстроюсь, Лея.

Ориан не прятался за тишиной, должностью или возрастом. Он и целовал меня так, как делал все, – открыто и уверенно, без сомнений и отговорок. Так, что Изервуд со своими обитателями отодвинулся куда-то далеко, став не важным и ненужным.

— Я не мог не думать, что с тобой что-то случилось, – признался Ориан, разглядывая меня в темноте ночи.

— Все в порядке. – В отличие от него, во мне не было уверенности ни в чем.

— Исгард сказал, что тебя лечили, – не поверил Ориан.

— От зелья меня закрыл Рик, – вспомнив о приличиях, я некрасиво сползла с его коленей и подтянула повыше одеяло, – но после нападения осталось несколько царапин.

— Эти? – Я не успела понять, о чем он. Ориан коснулся тыльной стороны моей руки, удерживающей одеяло, и вместо неприятного дерганья по коже заструилось мягкое тепло.

— Ты ведь не лекарь! – Его позабавил мой пораженный выдох.

Еще бы! Пусть лечить других проще, чем себя, но такого уровня мне не достичь и к старости.

— Когда лежишь в лесу, один, слыша топот фаркасов, вспоминаешь многое, – улыбнулся Ориан. – И очень быстро учишься.

— Но они ведь идут на кровь…

— Да, – подтвердил он. – Поэтому умение себя лечить было одним из главных критериев выживаемости. – Выпустив мою правую руку, он взял левую и так же легко ее вылечил. – Еще раны есть?

— Нет, – мгновенно забыв про ссадины на коленях и длинную глубокую рану на бедре, улыбнулась я.

Вместе с успокоительным из запасов герцогини Шалинберг, мамы Рика, Мардж принесла мне длинную светлую ночную рубашку. Легкую, приятную к телу и очень красивую. Жаль только, что привезенный из Миерии лен не отличался особой плотностью, а широкое, плетеное вручную кружево только добавляло прозрачности силуэту. Если бы я задумалась о том, что Ориан приедет, легла бы в домашнем платье. Тоже из гардероба леди Олиены.

— Лея, – не сдвинувшись с места, насмешливо протянул Ориан, но я все равно подтянула одеяло повыше.

— Со мной все в порядке.

— Тогда почему здесь пахнет вытяжкой миалиса? Ею не обрабатывают царапины.

Мне страшно представить, что еще может знать этот мужчина! Потому что даже я не знала, каким именно обезболивающим Мардж обработала рассеченную на бедре кожу перед тем, как зашить рану.

— Я не зельевар, не лекарь и понятия не имею, о чем идет речь.

— Ты меня боишься? – прямо спросил Ориан, и я не смогла солгать.

— Нет. – Обреченно выдохнув, я откинула одеяло.

Не став ничего говорить, Ориан коснулся моей лодыжки.

Мы оба понимали, что для лечения его ладони необязательно поглаживающим движением подниматься до колена, попутно сдвигая ночную рубашку, но… Ориан продолжал меня изучать, а я не отрывала взгляда от сцепленных ладоней, не позволяя дыханию сбиться, а пальцам задрожать. Когда обе коленки оказались вылеченными, я нервно одернула подол.