Книга Чужеземец, страница 83 – Карина Иноземцева

Всё это время я была словно не здесь. Словно ждала, когда съёмочная группа выдаст себя или страница книги перевернётся, оставив меня в прошлом. Но чуда не происходило, а откат от пережитого стресса утихал. Благодаря Задоре я пришла в себя и ощутила, как чисто и тепло вокруг. Свет от свечей был небольшим, но ощущение свежести на теле и запах липы успокаивал.

Женщина сидела в углу комнаты вместе с Ирис, над открытым сундуком.

— Девица, ты молоко на тряпицу накапай и мальцу пососать давай. Он парень смурной, сразу видно, богатырём уродился. Спокоен и доволен жизнью. — Женщина была тем лучиком света, который не давал тьме поселиться в окружении молодой Ветаны.

— Угу, а с барышней что делать? Она каменным изваянием сделалась? — тихо спрашивает Ирис опытную нянюшку, доверяя ей как матери родной.

— Ничего. Сердечко переживёт. Немудрено в беспамятство впасть. Внизу говорят, столько тел лежит, что сам Чернобог спустился на пир. — нянюшка начала причмокивать, повторяя движения губ младенца и открыто улыбаясь Кощею. — Что творилось, никто не знает. Итар нас уберёг от подробностей, но барышня явно всё своими глазами видела. Может, она что скажет?

Пора в себя приходить. Ответственность за переделанный мир нести. Не время самобичеванием заниматься, когда хата горит, надобно барыши спасать и близких.

— Прежде с мужем обговорю, — взяла себя в руки и тронула косы, которые лежали на моей спине. — Благодарствую, девы, за помощь вашу и терпение, — встала с кровати и подошла к няне. — Задора, присматривай за мной и дальше, — обняла старую женщину.

Помню, мне очень отрадно было, когда внучку на нежности тянуло. Она на маленького котёнка была похожа и всякий раз в сердце моём лишь трепет и счастье вызывала. Надеюсь, моя внезапная благодарность по сердцу старой нянюшке придётся.

— Ох, лебёдка моя ясноокая, — запричитала женщина и накрыла мои руки своими. — Одна ты у меня трепыхаешься в смертном небушке. Как же мне тебя оставить и на вольные хлеба пустить.

— Присмотрите за Кощеем? — заглянула в сундук, где сыто посапывал новорождённый малыш. Ему вообще всё равно, что с миром творится, коли молоко есть и пелёнки сухие.

— А куды же я денусь. Пущай дрыхнет, богатырь, — Задора улыбнулась и посмотрела на моё плечо. — Кто же вас так?

— Сама виновата, — улыбнулась женщине и пошла за мужем. Надобно с ним обговорить всё.

По пустынным коридорам, где только дощатый пол поскрипывает, добралась до зала, где с богами тёмными беседы вела и жизни города выторговывала, где тело своё чуть монстру не отдала на съедение и где решилась приручить весь мир истории, лишь бы не умереть на первых страницах романа.

Итар был не один. Воины выносили тела людей и носили ведра с водой, смывая кровь. Итар сам стаскивал трупы в общую могилу и молчаливо отвечал на все вопросы. Один Олег словоохотливо выдвигал предположения, что могло произойти в зале на вечерней трапезе.

— Мясо небось не поделили, — внимательный взгляд приближенного к мужу замер на мне. — Тогда бы рожи друг другу побили. Барышня пришла.

Итар поднял голову и посмотрел на гору трупов.

— Пойдём, — не прикасаясь ко мне грязными руками, он поспешил увести меня от ужасного зрелища. — Где ребёнок?

— С Задорой, — достала из рукава платок и хотела протереть пот с его лица, но мужчина отстранился.