Книга Покорение Дракона, страница 152 – Юлия Фим

Это был сплошной кошмар.

— То есть не все, что я хочу, – хмыкнул Сюаньлун и оттолкнул энергией Чживэй в сторону.

Чживэй полетела вниз, пока не поймала очередной воздушный поток. В голове вихрем проносились сотни разговоров с Драконом. Сюаньлун учил ее летать! Он был ее другом.

Лин Цзинь внизу вновь душераздирающе закричала.

Ей не спасти их обоих.

Рука Чживэй сжала рукоять меча Байлун.

Вновь эта сцена из ее видения. Красное небо от алых молний Сюаньлуна, Прогалина в огне, напоминающим бурлящую кровь. Она посмотрела на безжизненные тела на земле, а затем повернулась к мечу. С него капала уже почерневшая кровь бессмертного, а в отражении меча мелькнули ее красные глаза.

Никакого кровожадного удовольствия – лишь обреченность во взгляде.

Собрав всю свою силу, она взмыла в воздух и устремилась прямо к Дракону. Сюаньлун развернул голову, его глаза сузились в злорадной ухмылке, но он не успел уклониться. Сюанцин смог удержать его на мгновение, всего одно, на месте. И этого было достаточно.

Меч Байлун вонзился ему в шею, разрубив чешую и кости, словно мягкую глину. Чживэй передернуло от того, насколько это легко вышло. Это не должно было быть так легко. Байлун печально загудела в ее руке, она выполнила свой долг: спасла мир, восстановила баланс, нарушенный Цзиньлуном. Равновесие построено на крови тех, кто мог счастливо существовать.

Раздался оглушительный рев боли, а крик Лин Цзинь оборвался.

Дракон начал падать, Чживэй ухватилась за его шею, покрываясь его кровью и пытаясь удержать в воздухе. Сюанцин подхватил их, смягчая падение.

Чживэй даже не увидела, что бессмертные исчезли с поля боя в ту же секунду, как меч Байлун пронзил Сюаньлуна.

Оказавшись на земле, она откинула проклятый меч Байлун, которым убила своего друга, и бросилась на шею Дракону. Совершенно по-глупому она пыталась соединить края разреза, словно это могло остановить кровотечение. Но она слишком хорошо сделала свою работу. Тогда она попыталась влить в него энергию, но это было все равно что лить воду на решето, ничего не менялось.

Чживэй оглянулась на Сюанцина: тот стоял рядом с ними, лицо застыло в гримасе боли. Глаза его были теперь по-настоящему красными, а слезы стекали по опухшим щекам.

Сердца всей троицы бились в одном ритме.

— Вылечи его! – крикнула она Сюанцину.

— Я пытаюсь.

Сюанцин вытаскивал из себя золотые нити, меридианы, разрывая собственное тело. Кровь капала на землю, образуя вокруг него темные пятна. Чживэй пыталась помочь, посылая теперь силы ему, хотя и сама с трудом держалась; ее одежда была пропитана кровью, а дыхание сбивалось на хрипы. Ци текла вокруг них хаотичными потоками.

Сюанцин снова и снова пытался связать свою энергию с нитями Сюаньлуна, но они ускользали. Каждый раз, когда ему удавалось ухватить хотя бы одну нить, она растворялась прямо у него в руках.

— Пожалуйста! Помоги нам! – голос Сюанцина был отчаянным.

Лин Цзинь положила руку ей на плечо. Она не понимала, что происходит, но сочувствовала отчаянному горю друзей. Сяо До с беспокойством наблюдал за Лин Цзинь, на его лице все еще застыло потрясение от того, что он мог ее потерять.

Чживэй опять посмотрела на Сюаньлуна и поймала взгляд. В нем было злорадство. Он ей говорил: «Теперь тебе всегда будет больно.» И он был прав. Этот момент будет тысячи раз прокручиваться у нее в голове, а холод от прилегающего к коже окровавленного, теряющего тепло, ханьфу никогда не выветрится из ее памяти. Еще в его взгляде была злость «Предательница. Предала меня ради девчонки, которую почти не знаешь.» Сяннин дружила с Сюаньлуном не один десяток лет, а Чживэй с Лин Цзинь всего два года, один из которых она была мертва.