Книга Покорение Дракона, страница 100 – Юлия Фим

Когда Чживэй заговорила о необходимости вернуться в свое тело, Шэнь принял решение: второй смерти Лю Чживэй он не позволит случиться. Даже если это означает, что она все вспомнит и возненавидит его.

Чживэй вернулась на своих условиях. Это была ее сила – то, за что он ее любил. И ему оставалось только принять это.

Признаваться в том, что прятал ее тело, сразу после того, как признался, что запретил любые упоминания ее имени, было нелегко. И Шэнь понял, что если сейчас начнет бессвязно бормотать, то вызовет подозрения, а подорванное доверие вернуть будет очень сложно.

Да. Это всего лишь их очередная игра. Да-да, игра. Он привык играть и побеждать, терпения ему не занимать. И сейчас он тоже победит. Получит свою награду – свою императрицу.

Шэнь натянул улыбку и пустился в чарующие объяснения, что тело Чживэй намного ближе, чем кажется.

Если бы не небольшая стычка с Сюанцином, то можно было бы сказать, что все прошло гладко.

Единственное, о чем Шэнь теперь мог думать, – ему нужно поговорить с Чживэй до обмена телами. С телом наверняка и воспоминания вернутся, и у него больше не будет времени признаться в своих чувствах. Особенно из-за присутствия Сюанцина. Они не будут его слушать.

Когда они остались с Чживэй наедине, он набрал воздуха в грудь и выплеснул все то, что крутилось в его голове каждый день.

Но Чживэй лишь непривычно мягко сказала:

— Мы поговорим об этом позже.

Ее слова повисли в воздухе, как невидимая стена. Шэнь кивнул, хотя внутри все сжалось в глухом протесте.

Чживэй вышла из комнаты с уверенной грацией, будто все было под ее контролем. Шэнь, словно прикованный невидимой нитью, последовал за ней. Взгляд его скользил по ее силуэту, и он ловил себя на том, что хочет ее удержать, потребовать ответа.

У самой двери их ждал Сюанцин. Его глаза, такие глубокие и наполненные безмолвной нежностью, были прикованы к Чживэй. Она едва взглянула на него, а он уже одарил ее улыбкой – легкой, словно прикосновение теплого летнего ветерка. В этом взгляде Шэнь уловил то, что ему самому было недоступно: любовь, спокойствие и уверенность, от которой нутро его будто пронзило ледяной иглой.

Шэнь застыл на месте, наблюдая за их молчаливым, но таким красноречивым обменом взглядами. Когда между ними успела образоваться такая крепкая и безмолвная связь?

Ярость захлестнула Шэня. Как он смеет так смотреть на нее! Под ложечкой противно засосало: любовь Сюанцина казалась настоящей и чистой, а его собственная – нет. Взгляд Сюанцина излучал уверенность, будто он точно знал, что Чживэй предназначена ему. Но эта уверенность была другой, не такой жадной и уродливой, как та, что грызла Шэня изнутри.

Сюанцин смотрел на Чживэй так, как мужчина смотрит на свою жену: с уважением, нежностью, восхищением. Шэнь заметил это, и гневное пламя внутри него разгоралось все сильнее.

Не отдавая себе отчета, Шэнь потянулся к Чживэй, желая взять ее за руку. Но его пальцы лишь сжали воздух: она уже отошла от него.

Он прикрыл глаза, заставляя себя успокоиться. Медитация, совершенствование – в этом он силен. Гнев начал утихать, уступая место холодной решимости. Нет, он не позволит себе стать рабом своих уродливых мыслей. Он справится, он контролирует себя.

Во время пересадки души ей было больно. Шэнь сделал шаг к ней, желая ее поддержать. Однако Чживэй произнесла его имя. Тот стоял неподалеку и, казалось, просто молчал. Но его молчание заполняло все пространство. Вечно, вечно он оказывается не там, где нужно.