Книга Чудеса под снегом. Рассказы о любви и волшебстве в большом городе, страница 103 – Алиса Бодлер, Валерия Шаталова, Светлана Волкова, и др.

Я никогда еще не чувствовала себя бо́льшей лицемеркой.

И что еще хуже, у меня было чувство, что я одновременно теряю любовь и дружбу. Впервые я не обсуждала свои сомнения и переживания с Антоном. Да и как я это скажу: знаешь, возможно, Денис мне не подходит, потому что я люблю тебя.

Даже наоборот, я не могла остановиться, чтобы перестать рассказывать только хорошее о Денисе. Возможно, потому что у них с Женей все шло действительно хорошо, и мне от этого было больно? Ведь я сама предложила этот спор. И проиграла в нем нечто большее, чем волосы.

— Денис твой зануда тот еще, конечно, – вдруг сказал Антон, повесив игрушечный конек на елку.

Я подняла голову и пораженно уставилась на него.

— В смысле?

Мне послышалось? Еще никогда Антон так открыто не выражал недовольство моими знакомыми. Да, возможно, я сама сомневалась в Денисе, но это должно быть мое решение.

— Тебе так не показалось? – Антон словно бы удивился. – Все разговоры только о нем и его достижениях на тренировках. Да и еще не хотел давать тебе покататься на коньках. Если бы Женя не вступилась вчера…

Ах, вот как. Идеальная Женя, которая живет реальную жизнь, заступается за других девушек, а у меня Денис, который думает только о себе?

Хотелось бы думать, что Антон думает о споре, но нет, все было намного хуже. Он был уверен в своей правоте. Был уверен, что у него будет счастливый Новый год, в то время как я буду одна. Хуже, чем одна. Буду смотреть, как Антон с Женей обнимаются и находятся на седьмом небе от счастья.

— Не все могут стоять на коньках, – я резко оборвала его.

— Да я не об этом…

— И он хотел провести больше времени со мной, разве это странно или плохо? Я интересная, умная, привлекательная…

— Разумеется, это так, – Антон прекратил вешать игрушки и уставился на меня. – Я же об этом и говорю, ты слишком хороша для него.

— Говорит кто? Мудрейший Антон?

— Говорю я. Свое мнение.

Антон явно начал злиться. Ни разу он так раздраженно не смотрел на меня. Не считая, может, в детстве, когда сломались его роликовые коньки, а я дразнила, наматывая вокруг него круги на своих целеньких.

— Тогда у меня тоже есть мнение. Женя, знаешь ли, тоже…

Я запнулась, потому что принижать других девушек было не в моих правилах. То, что у Жени были другие интересы, не делало ее хуже. Но как она выдержит маму Арину, да и самого Антона? Если большая часть его жизни ей кажется баловством?

— Безупречная, – хмыкнул Антон, явно получая удовольствие от того, что мне не к чему придраться.

Я пожала плечами.

— Просто не в твоем вкусе.

— О, ты разбираешься в моем вкусе?

Елка не была даже украшена наполовину, и в этот момент показалась мне отражением нашей дружбы. Если мы ее сейчас не доукрасим, то между нами все кончено, и останутся только опадающие иголки. Я начала отчаянно наматывать гирлянду на елку.

— Я с тобой дружу всю свою сознательную жизнь, – возможно, мне стоило промолчать, но я не могла остановиться. – Уж конечно разбираюсь в твоих вкусах.

— Да, и в кого я был влюблен в 12 лет? – резко спросил он.

Я сосредоточилась, не желая проигрывать эту битву, а затем победно воскликнула.

— В Железного человека, – самодовольно сказала я. – Твой вечный идеал.

Антон не смотрел на меня, доставая очередную игрушку из коробки, однако вместо того, чтобы повесить ее, он положил ее обратно.