Книга Приют, страница 45 – Алиса Бодлер

И окончательно убедился в том, что Константин ждал меня. Он знал, что я вернусь.

Для того чтобы не выпалить единственный интересующий меня вопрос, требовалось проявлять недюжинное терпение.

— Вы… можете не извиняться. Потому как все, что мы обсуждали с вами последние три года, несмотря на то что я познакомился с Джереми Оуэном, меня более не беспокоит.

— Хм? – доктор начал что-то писать на своем планшете. – И что же тогда теперь вызывает у вас трудности?

— Я думал над тем, что вы говорили о моей погоне за призраками. О неверном фокусе.

Константин склонил голову набок.

— В течение нашей с вами трехлетней терапии мы обсуждали лишь мое текущее состояние и, так как я на этом настаивал, полностью миновали тему моего детства. Я ссылался на то, что теперь я – другой человек.

— Значит, сейчас вы считаете иначе?

— Безусловно. Я готов признать, что то, что произошло в моем детстве, сформировало мое нынешнее состояние. И я убежден, что ответ на вопрос о том, почему навязчивые идеи из прошлого преследуют именно меня, таится именно там.

— Там?

— В приюте.

В этот раз, доктор не просто слегка коснулся стилусом поверхности планшета. Он ударил кончиком электронной ручки по стеклу.

— А что, разве Иви вам не рассказывала? – моя очередь «ходить» настала быстрее, чем того можно было ожидать.

— Нет, – натянуто улыбнулся мне специалист.

— Очень странно… – я делано беспечно пожал плечами.

Мы погрузились в тишину. Я слышал лишь тиканье часов, что теперь, в полном отсутствии звуков, оглушало меня и отсчитывало каждое пропущенное мгновение. Мне казалось, что пройдет еще секунда, и Константин, наконец, начнет говорить. Но он молчал и смотрел на меня, не моргая. И чем больше я пялился на психотерапевта в ответ, тем сильнее испытывал тревогу от того холода и отчужденности, окутывающих наше взаимодействие.

— Как у нее дела, кстати? – осмелился разбить паузу я.

— Нормально, – все так же натянуто и при этом чрезвычайно быстро ответил мне доктор.

— Просто я…

— Боузи.

Константин поднялся со своего места и сделал несколько широких шагов по направлению к моему креслу. Сделай он еще один – мне пришлось бы искать способ сбежать от грубого нарушения личных границ.

— Боузи, – он повторил мое имя и, вдруг, наклонился ко мне практически вплотную. – Зачем вы пришли?

— В каком смысле?

— Вы пришли не за терапией. Если вас интересует судьба Иви, вы можете ей позвонить. Или же прийти в гости. Ведь адрес вы знаете, так?

— Так…

— Тогда, пожалуйста, ответьте на вопрос. Что вам нужно?

Я набрал в грудь побольше воздуха и произнес так твердо, как мог:

— Хотел знать, что она в безопасности.

В ситуации, подобной этой, даже имея плохое предчувствие относительно своего собеседника, вы подсознательно ждете, что ваши опасения не подтвердятся. Возможно, не признаете этого, но все же надеетесь на то, что потенциальная критическая ситуация, уже опалившая ужасом ваше сознание, не сбудется. Окажется надуманной байкой, навязчивой идеей, да чем угодно, лишь бы не правдой, которую вы так боитесь узнать.

Но жизнь устроена так, что чем сильнее и настойчивее мы предполагаем одно, тем больше шанс того, что случится совершенно иное.

— И как? – ухмыльнулся доктор.

— Что? – растерялся я.

— Как продвигается ваш процесс выяснения обстоятельств, Боузи?