Книга ESCAPE, страница 163 – Алиса Бодлер

Константин, не мешкая, передал скрепки парню и аккуратно отвел меня за плечо. Очевидно, мой друг в роли взломщика нравился ему куда больше. Джим опустился на колени перед замком и выпрямил две скрепки, превращая форму каждой из них в подобие большой буквы «L». Почувствовав мое напряжение, которое нарастало с каждой секундой авантюры, проворачиваемой Джимом, доктор наклонился ко мне и шепотом произнес:

— На некоторых алкоголь действует неожиданным образом.

— Если нас поймают, ему достанется из-за меня, – хмуро отозвался я. – Это не смешно.

— У него есть уважительная причина, – продолжал шептать врач. – Скажем, что он был в состоянии аффекта.

— Это не аффект, Константин! – моему негодованию не было предела. – Он пьян, и это отягчающее обстоятельство!

— Как знать, Боузи. Я же психиатр. Мне будет виднее, в каком состоянии он находился.

Мой бывший врач хитро улыбнулся и ущипнул меня за плечо, а я не смог сдержать нервный смешок. Компания взломщиков, состоящая из мозгоправа, нетрезвого актера и сумасшедшего менеджера, выглядела действительно гротескно.

— Смеешься, малой… – пробурчал друг. – А я сделал!

Джим поднялся, практически не пошатываясь, отряхнул свои колени и застыл в полупоклоне, отворяя нам дверь в «Лавку Сэма». В это было сложно поверить, но он действительно достаточно быстро и успешно завершил взлом.

Константин заблокировал машину и, внимательно озираясь по сторонам, мы наконец вошли внутрь.

Обитель Сэма практически не изменилась – огромные кучи хлама все еще были на своих местах. Разница заключалась лишь в одном – каждая из этих гор барахла теперь была затянута полиэтиленом и тряпками. Мрачный утренний свет понемногу, но все же проникал в грязные окна, а потому мы приняли коллективное решение обойтись без фонарей для того, чтобы не привлекать к лавке лишнего внимания.

Мой друг оставался верным себе и, выполнив одну стратегически важную задачу, теперь вновь пребывал в состоянии полусна. Как и в прошлый раз, он направился к куче с посудой. Заведение пустовало, однако, почему-то я не мог позволить себе говорить в полную громкость. Мне казалось, что любое необдуманное действие может нарушить наш план.

— Джим, прошу, только накинь потом тряпки обратно, – шепотом предостерег парня я.

— И все это вместо: «Спасибо, мой преданный и лучший друг за то, что впустил нас сюда». Никакой благодарности… – гейм-мастер обиженно мычал, не обременяя себя нуждой говорить тише.

— Джим, спасибо тебе огромное. Но тряпки, пожалуйста, верни на место.

Доктор Константин озирался с не меньшим интересом. Его внимание привлекла пыльная стопка книг, покоящаяся на полках за стойкой бывшего бара, который во время нашего первого посещения выполнял роль кассы. Я, в свою очередь, пытался осмотреться и найти что-то важное, рассчитывая лишь на свое седьмое чувство. Но желание сна было настолько сильным, что интуиция отказывалась приходить мне на помощь.

Я проследовал за психотерапевтом и зашел за прилавок. Именно здесь я тогда потянулся за торшером и увидел фотографию Ангелины Бодрийяр. Несмотря на то, что табурет, с помощью которого я когда-то взбирался наверх, все еще стоял здесь, серебряная рамка исчезла.

— Как будто бы он бросил все это сразу после нашего ухода, – нерешительно пробормотал я.