Книга ESCAPE, страница 151 – Алиса Бодлер

У меня звонил телефон.

Я пришел в себя с невероятно тяжелым ощущением опустошения. Голова кружилась от быстрого бега, а рингтон на моем смартфоне оглушал пространство, врезаясь эхом в пустоту лестничных клеток. Я качнулся из стороны в сторону и нашел опору у стены. На экране гаджета высвечивалось знакомое имя: «Константин». Подождав еще пару минут для того, чтобы восстановить дыхание и распознать пространство в его реальном проявлении, я все-таки ответил на звонок. В пустоте мой голос звучал почти оглушающе:

— Д-да?

— Боузи? Ты в порядке? – мой бывший врач звучал обеспокоенно. – Дышишь так, словно бежал марафон.

— Почти, – попытался откашляться я.

Напротив стены нашелся старенький и ржавый радиатор. Не думая об отстирывании оранжевых пятен от джинсов, я смело приземлился прямо на него.

— Тебе удобно говорить? Сейчас я нахожусь возле компьютера на ресепшен, в диспансере.

После этой фразы я мгновенно пришел в себя. Больше мне не мешала ни одышка после догонялок с Германом, ни порция выпитого ранее вина.

— Слушаю очень внимательно, – серьезно произнес я.

— Хорошо. Я нашел кое-что, но не знаю, насколько это поможет твоему… – старший друг осекся. – Ну, назовем его расследованием.

— Любая информация будет полезна, правда.

— Что ж, тогда первое, – тихо проговорил Константин. – Джереми Бодрийяр действительно есть в нашем реестре.

Я ожидал от себя ярких реакций на подобные новости, но в этот раз мое сердце осталось на месте. Это было сложно объяснить. Скорее всего, я успел поверить в свою теорию о генетических заболеваниях семьи Германа слишком сильно, и теперь услышал не какое-то открытие, а лишь подтверждение своим словам.

— И это точно тот человек, которого ты ищешь, потому что дата рождения соответствует информации из Бюро. Сейчас ему пятьдесят два года, и он жив.

— Есть ли еще что-то полезное? – с интересом выпытывал я.

— Я… не знаю, – доктор, казалось, был немного потерян, и в таком состоянии я слышал его впервые. Еще бы, мой идеальный, практически не настоящий с виду мозгоправ нервничал. Невероятно! – Сложно сказать, что ты сочтешь полезным. Например, последний раз он наблюдался у нас пятнадцать лет назад.

— Хм.

— Его мучали визуальные и слуховые галлюцинации, но препараты, прописанные его доктором, помогли. По крайней мере, здесь стоит буква «Р», в самой последней колонке.

— Что это значит? – нахмурился я.

— Ремиссия, – негромко произнес Константин.

Я лихорадочно соображал, пытаясь понять, что еще должен выяснить для того, чтобы сдвинуть задачу с мертвой точки. Мой следующий вопрос выдался довольно очевидным.

— Там указаны контакты?

— Конечно, – я услышал, как специалист щелкнул мышкой. – Есть телефон.

После этого в трубке повисла тишина.

— Константин? – позвал доктора я.

— Я здесь, – мужчина вздохнул. – Если честно, я просто не понимаю, что ты будешь делать с этим номером. Позвонишь и расскажешь, что тоже страдаешь галлюцинациями? Или спросишь, видел ли он во время обострения своего далекого предка? Так как я выдаю тебе конфиденциальную информацию, мне необходимо понимать, что ты собрался делать с ней после получения.

Этот комментарий был крайне логичным. Всерьез я не задумывался о том, что конкретно стану делать, если вдруг найду способ связаться с последним оставшимся в живых Бодрийяром. В конце концов, он вообще мог ничего не знать о МёрМёр. А то, насколько прямым родственником он приходился Герману, мы узнать были не способны.