Книга ESCAPE, страница 121 – Алиса Бодлер

— Это… – я восстановил в памяти смутный образ главы семьи. – Отец Реймонда? Но ты ведь сказал, что о родителях племянника Германа ничего не сказано!

— Я сказал, что ничего не сказано об их исчезновении. Это другое. – Паккард развел руками. – Валериан Бодрийяр был успешен, в отличие от своего брата. Не удивлюсь, если именно его «заказами» и занимался старший.

Имя отца мальчика я уже слышал в своем особенном состоянии. Однако об этом сценаристу знать было совершенно не обязательно.

— Я понял. Но, с МёрМёр Валериан и его супруга никак не связаны?

— Абсолютно никак. – Эндрю, наконец, устал дымить, стоя прямо напротив меня, и приземлился с другой стороны ящика. – Это две разные истории, хоть и одна семья. МёрМёр – это быт Германа и его личный мир, как я смог для себя установить.

— Но почему ты так уверен, что Герман не мог заниматься такими ужасами исключительно для себя? – идея о том, что мое сознание все это время, сопровождал преступник, не давала мне покоя. – Может быть, он – настоящий маньяк? Ведь ты сам сказал, что никаких подробностей о его жизни нет.

— Я не знаю. Так чувствую. Могу ошибаться, – теперь я не видел выражения лица Паккарда, и так было даже лучше. Казалось, что в интонации сценариста начали проявляться нотки странной заинтересованности. – Но у меня слишком большой опыт с различного рода маньяками. Я пишу про них истории, а Герман на такого не похож. Он более интересный персонаж. И, когда люди так сильно зациклены на определенной личности, вплоть до того, что дают название поместью из-за стонов, которые якобы слышны по ночам… Реальные обстоятельства абсолютно противоположны слухам.

— Значит, именно поэтому МёрМёр называется именно так.

— Все верно.

Какие-то детали истории вставали на свои места, но я все еще был далек от сути. Поведение Валериана в моих видениях теперь выглядело обоснованным: чего еще можно было ожидать от младшего брата, который легко обошел старшего, был успешен, так еще и дал семье мальчика-наследника? В одном Эндрю был абсолютно прав. Если психическая нестабильность так стигматизирована сейчас, то пару веков назад Германа могли считать одержимым. А он точно не был виноват в том, что родился с определенными особенностями.

— Еще два момента… – я зажег свой смартфон и проверил время. Мы вели этот диалог уже четверть часа. Рано или поздно Хелен начнет переживать о своем кавалере и пойдет его искать. Нужно было заканчивать. – Когда мы обсуждали сценарий, ты сказал, что Реймонд страдал от психозов дяди, но сейчас выражаешь совсем другую позицию насчет последнего.

— Я это придумал, Боузи, потому что так нужно для сценария, – кажется, мужчина привык к моей назойливости и мои вопросы более его не удивляли. – Я понятия не имею, как взаимодействовали Бодрийяры в МёрМёр. Повторюсь еще раз, архив – не летопись. Там была всего одна постоянная прислуга, судя по переписи населения загородных участков. Старенькая бабушка.

Еще одна ниточка сплелась в небольшой, но крепкий узелок.

Бабушка.

Я почувствовал, как кровь приливала к лицу. То, что мы с Эндрю сидели в темноте, спинами друг к другу, было как нельзя кстати. Мое подозрительное выражение лица стало бы ужасным дополнением к странным вопросам.

— И еще ты говорил о том, что всем виновата мать, – негромко заметил я. – Но, пока ее поступок с постройкой отдельного дома выглядит даже благородно.