Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 36 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

— Помнишь проклятье нашего рода? – спросила мама и сама же ответила: – Ну конечно, помнишь! Только это никакое не проклятье! Та ведьма никого не проклинала. Она лишь увидела будущее и рассказала о нем: каждый мальчик, родившийся в нашей семье, будет сильнее предыдущего. А однажды родится тот, кто будет сильнее всех колдунов и магов, потому что будет обладать добрым сердцем.

— Ну нет… ты же не думаешь, что в пророчестве говорилось обо мне? – нахмурился я. – Это просто смешно!

— Ты можешь намного больше, Артур! – прошептала мама, обхватив мое лицо руками. – Думаешь, почему твой прадедушка сошел с ума? А дедушка? Стоило им поддаться своей силе, как она уничтожала их.

Стало холодно, как будто кто-то включил кондиционер на полную мощность. Я поежился.

— Но твой отец… у него были другие планы. И когда ты родился… – Она помолчала, подбирая слова. – Помнишь, ты поменял Коготку цвет глаз? Это сильное колдовство, не каждый на него способен. Тогда я подумала: что если в пророчестве говорилось о тебе? Я хотела запечатать твою силу как можно скорее, но твой отец… он…

Медные кастрюли, стоявшие на кухонном столе, с грохотом посыпались на пол. Окна распахнулись, на кухню ворвался ветер, вновь сверкнула молния.

— Он не дал мне этого сделать, – мама говорила все громче, перекрикивая ветер. Все быстрее, словно боялась не успеть. – Он попытался провести обряд, чтобы лишить тебя магических способностей, чтобы ты… передал всю свою силу ему. Но этот обряд почти убил тебя! Мне пришлось изменить тебе память, чтобы ты забыл ту роковую ночь!

Посуда летела с верхних полок, тарелки и чашки разбивались вдребезги, ложки, вилки, ножи взмыли к потолку…

— Мне пришлось запечатать твою силу, но она все равно проявлялась, такую мощь не скрыть простым колдовством. Я понимала, что твоя энергия, твоя магия – будет как яркий огонь, притягивающий злых существ… Я пыталась скрыть ее присутствие амулетами, пентаграммами. А тех, кто пробивался сквозь магическую защиту – запирала в фотоаппарате.

Вдруг мама насторожилась, как будто услышала что-то, и раскинула руки, закрывая меня собой.

Я не понял, что произошло. Она вздрогнула, медленно повернулась ко мне, и я увидел, как из ее груди вылетает окровавленный нож.

— Мама! – закричал я, пытаясь подхватить ее. – Не-е-ет!

Она упала к моим ногам, содрогнулась и замерла.

Слезы катились по моему лицу, застилая глаза. Я стоял над ее мертвым телом, не в силах осознать то, что произошло.

Внезапно воздух стал сгущаться. Посреди кухни образовался вихрь, он то поднимался к потолку, то опадал, постепенно обретая очертания человека.

— Отец? – произнес я, не веря своим глазам.

— Как долго я ждал этого дня! – прорычал он. – Сегодня я проведу обряд, закончу начатое, и вся сила нашего рода будет моей!

Я отпрянул, ища, чем защититься. Лицо и тело отца становились все более четкими. По его полупрозрачному телу прошел электрический разряд, и он снова заговорил:

— О, ты совершил ошибку, выпустив меня в эту ночь! В Хэллоуин я вдвое… Нет, втрое сильнее!

— Значит, и я тоже! – воскликнул я.

Я понятия не имел, что делать, но внезапно по моему телу разлилось тепло. Когда мама умерла, печать, сдерживавшая мою магию, сломалась, волшебные силы вырвались на свободу. Мои руки вспыхнули ярким светом, и я повернулся к отцу.