Книга Защитница Солнечного Трона, страница 113 – Олег Крамер, Анна Сешт

Мерит сделала над собой усилие, чтобы не накинуться на подругу с расспросами о Рамосе и Тутмосе. Вместо этого спросила:

— Стало быть, слухи при дворе уняли?

Нефертити хищно усмехнулась – видеть на ее лице такое жесткое выражение было даже немного пугающе.

— О да. Об этом запрещено говорить под страхом казни. Аменхотеп и царица Тэйи не терпят клеветы. Теперь ходят слухи иные… о вас – тех, кто спас меня от неведомой беды. О том, как меня похитили, хотя личности похитителей, безусловно, не уточняются. Даже Тутмосу были принесены извинения и возвращен титул придворного скульптора. Ну а я… мы ждали твоего выздоровления. Без тебя все это не могло бы состояться.

— Та-Кемет ведь по-прежнему в трауре.

— Но до конца семидесяти дней осталось не так уж много. И некоторые вести не станут ждать. Но, Боги мои, хватит обо мне! Слишком многие хотят увидеть тебя и расспросить обо всем. Наши друзья. И фараон с царицей. И даже Верховный Жрец…

— Вот уж встречи с кем я бы постаралась избежать, – возразила Мерит. – Ты ведь понимаешь, кто на самом деле стоял за всем этим?

Нефертити печально покачала головой.

— Не всем можно бросить обвинения в открытую. Но царица, благодаря которой мы искусно сплели кажущуюся достоверной историю, знает всю правду. Как и мой фараон.

Мерит чуть улыбнулась, столько нежности было в том, как Нефертити произносила титул Аменхотепа. Конечно же, они уже успели объясниться.

Подруга сжала ее руки в своих и заглянула в глаза.

— Благодарю тебя, что не оставила меня там… Вы все спасли меня, но без тебя это было бы невозможно. Моя сестра, сердце мое. Ты напомнила мне обо всем и даровала силы на этот бой. Нет в этом мире слов, достаточных, чтобы выразить мои чувства.

Мерит крепко обняла подругу. Слов им и не требовалось. Некоторое время они просто сидели, прижавшись друг к другу. В тишине, в единстве невысказанных помыслов. Богиня была довольна – жрица чувствовала это. Та-Кемет нуждалась в этой царице, именно в этой, и Мерит была счастлива. Казалось, что не нужно больше ничего, совсем ничего. И все же жрица чувствовала себя будто бы немного… нецелостной.

А потом Нефертити отстранилась и лукаво улыбнулась:

— Я дала кое-кому слово, что не стану препятствовать встрече. Именно о такой он просил награде, когда я и мой фараон спрашивали его.

— Погоди, я же… украшения. Макияж. Я совсем не готова к встрече! – воскликнула Мерит, поспешно оправляя на себе одежду и приглаживая волосы. Она бросилась к столику с косметическими принадлежностями, схватилась за зеркало, но Нефертити рассмеялась и проговорила:

— Думаешь, мужчине, видевшему тебя на пороге смерти, вырывавшиму тебя из хватки тварей Дуата, правда есть дело до того, подведены ли у тебя глаза?

Мерит опустила руки. Смысл в этих словах и правда был.

Подруга выскользнула из покоев, и Нэбу, виляя хвостом, поспешил за хозяйкой. Дверь была приоткрыта, и Мерит слышала, как Нефертити негромко переговаривается с кем-то.

Он переступил порог почти бесшумно, и дверь тихо захлопнулась за ним. Сильные руки опущены, меч вложен в ножны. В его взгляде Мерит читала тени страха, но совсем иного – не того, что можно испытывать перед смертью. И страх этот угасал, когда он скользил взглядом по лицу девушки, по ее телу, убеждаясь, что смерть отступила. Мерит видела, что целители, конечно же, уже успели обработать его раны. Но глубокая, на бедре, до сих пор была перевязана, однако на ногах он стоял твердо. Только его лицо осунулось от усталости и тревоги – за нее.