Книга Кофе готов, милорд, страница 68 – Александра Логинова

Естественно, ни о каком доверии речи не идёт. Но, может быть, Ясень прав, рассуждая о потенциальном союзнике?

Незаметно сморенная рассуждениями, я уснула и проспала до самого утра, вынырнув из сна только после ласковой, но настойчивой просьбы Миры проснуться.

Утро не задалось с самого начала. Общая вялость и нестерпимое желание выпить пару чашек крепкого американо превращали меня в небольшого, но крайне злого цербера, к которому решила сунуться одна только камеристка с моим любимым черносмородиновым чаем. Чай был принят благосклонно, подгоревшая овсянка – со скрипом. Берта, как и обещала, с рассветом упорхнула на базар, поэтому приготовление завтрака выпало на долю крайне инициативной, но удивительно бесталанной юной мисс.

— Да там печь просто магическая, – оправдывалась потом бурая от стыда Эля, прогоняя полотенцем запах горелого молока. – Я ж только с обычной управляться умею, а эти ваши финтифлюшки волшебные десятой дорогой обхожу, оторвет ещё что-нибудь.

В унисон моему гадкому настроению из своего сундука выполз помятый чёрт, молча присосавшись к моему чаю. Если бы не знала, что это невозможно, решила бы, что ребенок напился. Пытаясь утешить дитятю, я подхватила его на руки, не обращая внимания на явный протест, и чмокнула в безрогую голову. Шерстка отдавала запахом мыла и…

— Какого клята от тебя несёт спиртом?!

— Не ругайся…

— Ты где алкоголь достал, бес бесстыжий?

— Не кричи…

— Когда налакаться успел, чёрт бессовестный?

— Мы давно уже пьем, как люди, из стаканов и бутылок, а не лакаем, как собаки, – с достоинством ответил ребенок, гордо задрав подбородок.

Я пронаблюдала, как его глаза медленно, но верно скатываются в кучку и внезапно поняла, что совершенно ничего не знаю о процессе взросления чертей. Это уже оно или ещё нет?

— Так где ты выпивку нарыл, каклюдь?

— Там… Вкусно пахло, сладко. Я думал, малина, а оно сладкое сначала, а потом горькое и в глазах двоится, – горестно вздохнул ребенок и махнул лапкой в сторону первого этажа, разом утратив всю спесь. – У старого человека под столом.

— Ты пробрался к деду Якиму в каморку?

— Угу. Любопытно было, что он там от всех вас прячет.

— И что же обнаружил?

— А ничего. Табак вонючий, сладко-горькое в бутылках и книжка старая, вот и всё.

— Ладно, пей воду, ешь кашу и приходи в себя. И ради бога, не суй больше рыльце в непонятные бутылки.

— Ради бога? – хихикнул чёртик. – Так меня еще никто не просил.

К началу рабочего дня вернулись наши Штирлицы, принеся ворох сомнительных слухов и самых нелепых сплетен.

— Поговаривают, что маг этот столичный самим Величеством послан врагов государевых сыскать. Бориску-то, кожевника, помнишь? Евойный зять стражником север города патрулирует, так сам слыхивал, как всё местное начальство засуетилось-завошкалось, когда маг энтот пожаловал. Всех жандармов на уши поставил, комендант лично ему кабинет готовил, а всё одно недоволен лордишка был, ругался страшно.

— На что ругался?

— А как обычно: на разгильдяйство всеобщее, беспорядок повсеместный и вакханалию людскую. На что еще столичному начальству ругаться?

— Получается, он имеет непосредственное отношение к внутренним силовым структурам?

— А то ж. Бориска говорит, с самого Сыскного приказу господин. И то верно, с силовых структур, а не умных. Баб на базаре послушать умишка хватило, а вот к артефактору с проверкой не сунулся – Белька, приходящая чернавка бобыля-артефактора, растрепала, пока мясом закупалась.