Книга Право кулинарного мага, страница 91 – Александра Логинова

Мастер с каменным лицом повернулся к правому флангу, издалека разя холодом. Сплетники примолкли, активно увлекшись содержимым бутылок, пока вода не кончилась трижды — доливали прямо в процессе.

— Зачем же мастеру, — Августа «озарило» решением. — Сосредоточимся на истинных виновниках.

— Кадетах? — усомнились в ответ. — Они уже понесли наказание, графу фон Вальтеру отправлен досудебный иск на возмещение декану Майеру затрат.

«И возвращен ещё на почте», — тихо долетело от Хелены. Преподавательские гиены забеспокоились, завозились, начав бурно обсуждать допустимость столь неделикатного решения проблемы — причинения хлопот графу, занимающему высокую должность при дворе. Среди них тоже были графы, тот же фон Крафт, но отец Леопольда ближе к трону. Кто посмел судить его сына?

Уверена, вражины справа специально мутят воду и раздувают пламя из мелкой холодной искры. Те же зельевары ежемесячно взрывают свои лаборатории, снося каменные кладки и выходя сухими из воды. Складывается ощущение, что мадам Энгерову профессионально пытаются подставить и надавить сверху. Это понимание мелькает во многих глазах: профессор Гаянэ собрана и насторожена, мсье Чаанг исключительно хмур, у секретаря бегают глаза. Доцент кривится и прикладывается к бутылке, вынуждая меня сомневаться в крепости воды и таинственно ему подмигивать: делитесь, товарищ.

«Тамбовский волк тебе товарищ», — ответил пантомимой доцент, любовно поглаживая уполовиненную бутылку. Жадный хрыч, фиг тебе отныне, а не пирожков с луком и яйцом.

— Не кадеты. Среди студенток мадам Энгеровой, участвующих в инциденте, была девушка с проклятием неудачи, — как будто нехотя бросил Октé.

Нутро похолодело от плохого предчувствия. Мысленно готовясь к сражению, я предполагала, что на Яниту будут покушаться. Девушка не первый год живет в замке, завсегдатаи дворца краем уха слышали о ней, но игнорировали внучку прислуги. И все же была надежда, что о ней не вспомнят…

— Она такой же участник, как и вы.

— Я не проклят. И соль аммония не взрывается при контакте с магией.

— Но взорвался вовсе не…

— Это многое объясняет, — Август осторожно призадумался, подарив мне извиняющийся взгляд. — Мадемуазель Катверон? Да, на ней действительно проклятье хронической неудачи, способное вызвать переполох таких масштабов.

Тьфу, господин инженер, вы не туда размышляете! Запрещается менять курс битвы; встали на мою защиту, так стойте до последнего.

— Янита ничего плохого не сделала!

«Проклятие неудачи? Жуткая штука. Я слышал, оно не снимается… Что такая опасная девица забыла в нашем дворце?», — мерзкие шепотки разлетелись по залу. Облезлые стервятники! Все неудачи Яниты, взятые вместе, поместятся на один лист, в то время как проделок Леопольда хватит на антологию. За годы невезения мадемуазель научилась образцовой осторожности, минимизируя проклятие до пары досадных случаев в неделю. Расколдуй эту принцессу, и она сможет быть нейрохирургом — предусмотрительность и точность движений на высочайшем уровне.

— Мадемуазель избежала тысячи смертей. Коль вы хорошие маги, прекрасно знаете, что проклятие неудачи губит девяносто процентов жертв в первый год: они тонут, горят, разбиваются насмерть, давятся, подхватывают пневмонию летом и тепловой удар зимой.