Книга Право кулинарного мага, страница 88 – Александра Логинова

— Какого цвета ваше приглашение? — я шепотом уточнила у Марка, невозмутимо даря окружающим улыбки. Подавятся.

Мою повестку украшала оранжевая полоска — знак разбирательства. Докладчики и просители вертели в руках листы с синими полосками, рядом с Хеленой лежала белая бумага без меток — обычный слушатель, Август вчера хвастался серебряной пометкой — весомое право голоса. На педсовете все равны, но некоторые — зеркальная федеральная трасса, другие же — поселочная тропинка.

Марк пошарил рукой во внутреннем кармане и вынул смятый багровый лист.

— Мать честная, вас казнить собрались?

— Мгм, — тонко улыбнулся барон, щелчком пальцев сжигая приглашение.

Вошедший председатель — министр образования, почтенный маркиз — грузно занял рабочий «трон», первым делом потребовав включить артефакт. Плешь на голове господина председателя и алый сюртук диктовали правила: молчать по-хорошему, говорить по разрешению. А вслед за ним чеканным шагом пришел виновник его лишнего веса, сразу обнаружив меня осатанелым взглядом.

— Кость в горле застряла, мсье?

— Смейтесь, пока можете, — прошипел Октé, садясь по правую руку от Августа.

— Лопну от смеха. Вы преподаете акробатику или даете уроки мелочной обидчивости?

— Язва крашеная! — взбесился пират, шипя сквозь зубы. — Готовьтесь к увольнению, вы…

— Хм? — Марк насмешливо приподнял брови, полоснув повара бритвенным взглядом.

Да так, что оскорбленный кок подавился ругательством. Перекаченный флибустьер не боялся мастера Майера, с его телом тяжелоатлета можно не трусить даже перед самосвалом. Но дурная репутация высокомерного, мстительного, жестокого, бескомпромиссного типа играла барону на руку и вынуждала считаться. Помнится, между этими двумя были приятные отношения, поэтому Грант вряд ли пойдет на открытый конфликт.

— Симпатичный хвостик, — длинные волосы, собранные в хвост, нервно покачивались из стороны в сторону. — У коня отобрали?

— Я вас прибью, — простонал Грант одними губами, пряча нижнюю часть лица за ладонью.

Стоило разок его одолеть, как Остапа понесло. Раздувшееся эго главного повара покрылось трещинами, рискуя осыпаться осколками, и сейчас Грант бесится, пытаясь сохранить остатки репутации. Хотя о произошедшем я никому не рассказывала.

— Добрый день, господа преподаватели, сотрудники летнего дворца, члены управления и остальные присутствующие, — откашлялся председатель. — Рад приветствовать на двадцать седьмом ежегодном собрании по вопросам развития сферы образования.

Первым на эшафот поднялся кандидат лингвистических наук, имя которого я не запомнила. Мужчина нудно бубнил доклад об успехах пройденной промежуточной аттестации его студентов, ссылаясь на профессора Гаянэ, благосклонно кивающую в самых скучных местах. Следом поднялась доцент с кафедры зельеварения, одернув белую похоронную хламиду и затянув кислую песню о нуждах факультета. На четвертом пункте «очень срочно необходимого, дайте пожалуйста» лица заседателей приобрели туповато-одухотворенное выражение и послышался стук игральных костей. Интересная группа старичков на галерке тихо кряхтела, особо не таясь и вызывая у председателя неприязненные взгляды.

Пока меня не трогают, оценим расстановку сил. Доцент Чаанг зло кусает губы — военная кафедра тоже хотела просить милостыню, но не успела первой. После жалобной песни зельеваров измочаленный бюджет дочиста оскудеет, что мне откровенно по барабану. С фланга, где засел Август, раздается деликатное покашливание старшего бухгалтера, становясь все громче и красноречивее, но травнику хоть бы хны. Зловредный пират гадко посмеивается над шутками какого-то мсье из администрации, игнорируя меня в упор. Отрадно!