Книга Право кулинарного мага, страница 66 – Александра Логинова

— Простите, — Эсми всхлипнула нервно, но без слез. — Я не спала четыре ночи, пытаясь найти рецепт в библиотеке.

Ясно, почему она походит на мертвое пугало.

— Вы меня огорчаете, студентка Линдерштам. Казались разумной молодой барышней, чуждой ревности и остервенелой конкуренции. Не мне судить вашу сверхценную идею догнать и перегнать сокурсниц, но в следующий раз трезво оценивайте силы. Я сказала, вы не справитесь с десертом из мяса. Но не сказала, что вы не сможете его сымитировать.

Блюда-обманки, раздел кулинарной маскировки, изучаются на частных мастер-классах от лучших поваров страны. Особенную популярность искусство гастрономических иллюзий приобрело у кондитеров: чем более несъедобный предмет лежит на тарелке, тем больший шок он вызовет у наблюдателей. Естественно, Эсми не сможет самостоятельно приготовить даже простенькую обманку, видную при ближайшем рассмотрении. Но ввести экзаменаторов в заблуждение и красиво сыграть на фикции восприятия ей вполне по зубам.

— Пойдемте на кухню, побеседуем об искусстве кулинарной лжи.

Выйдя из замка в сад, мы не торопились, уважая преемственность межпоколенческого опыта. Мудрость нужно цедить понемногу, чтобы не перелить через край. Кухонная ведьма оживала буквально на глазах, приобретая мало-мальский румянец и пообещав больше не пугать пожилую женщину резкими выкрутасами. Заручившись моей поддержкой и поумерив нервозность, Эсми внимательно запоминала ингредиенты будущей обманки. Я почти раскрыла ей основную мякоть идеи, как со стороны розария вновь послышался захлебывающийся детский плач.

Нет, так дело не пойдет, это преступление против детства.

— Мастер, что происходит? — спешно подойдя к коллеге, я заглянула в люльку. — Почему девочка кричит?

Сохраняя абсолютно невозмутимое выражение лица, мужчина поджал губы и, разумеется, промолчал. Но взгляд рассказал многое: молодой отец откровенно в панике, не в силах выяснить причину заливистого плача. В одной руке тряслась бутылочка с водой, в другой — трижды выплюнутая пустышка. Так-так, и почему маленькая принцесса раскапризничалась?

— Подгузник сух? Обедала хорошо?

— Гхм, — подтвердил менталист, позволяя проверить самой.

Потрогав пеленки и убедившись в сухости, я мягко помассировала крошечный животик и не получила реакции. Голова, ручки, грудь — мимо. Недовольное покряхтывание ангелочка с небесными глазами явно не от колик или голода. Юная баронесса пошла в мать, унаследовав от отца только принципиальное нежелание идти на контакт. Младенческая пухлость и светлые волосики придавали девочке ангельскую внешность, контрастирующую со звуками сварливого кота. Лежа в розовых пеленках и белых рюшах, Бэкки напоминала диснеевскую принцессу на попечении любящего папочки.

— Всё понятно. У вас режутся зубки, — авторитетно заявила я.

Обалдевший Марк выронил пустышку. Пусть застывшее лицо и не дрогнуло, но горящие глаза округлились и подернулись дымкой. Клянусь, прямо сейчас он предвкушает бессонные ночи и бессилие, знакомое всем мамам. Ребекка продолжала заливаться болезненным плачем, и маг со вздохом достал часы.

На третий «шажок» стрелки малышка вздрогнула и сонно прикрыла глаза. Благодарно кивнув, мастер Майер щелкнул пальцами, приказав люльке лететь за ним, и решительно направился в сторону целительского крыла. Встречные студенты почтительно кланялись менталисту, игнорировавшему их любезность, с опаской глядя вслед. Какая бы трагедия ни произошла в его прошлом, страшный недуг лишь дополнил образ безучастного мужчины.