Книга Требуется ходячее бедствие, страница 88 – Александра Логинова

Дарен часто гостил в замке друга, знал его, как свои пять пальцев. Родители Винсента и Франца охотно привечали молодого перспективного лорда, владеющего шахтами с уникальным рдагом, поощряли их совместные начинания и даже пытались организовать парное сватовство, чтобы найти первенцам достойных невест.

«Жаль, что у нас сыновья», – сетовали их отцы, не имея возможности породниться, но довольствовались крепкой дружбой наследников. Однажды двадцатилетний Дарен даже нагрубил старому лорду Эшфорту, дедушке своего друга, защищая Винсента от его нападок.

— Старый лорд не любил внука?

— У него был суровый характер, – обтекаемо ответила Флора, гипнотизируя сестру поглаживаниями. – Доставалось всем: и сыну с невесткой, и внукам, и даже нам, как будущим родственницам.

Янга тогда чуть не вышвырнули из замка за хамство и дерзость, но Винсент спокойно встал перед очами деда и доступно объяснил, что оскорбления самого себя он еще потерпит, но обижать его названного брата не смеет никто, даже многоуважаемый патриарх рода Эшфортов.

— Такую дружбу не разрушит и шторм, – баронесса Одри впала в недоумение. – Как вышло, что теперь мистер Эшфорт не хочет даже видеть своего друга?

— Три года назад Тьма из леса внезапно начала расширяться, подбираясь к замку. Отряд рыцарей, возглавляемый молодыми лордами Эшфортом и Янгом, отправился на сражение. Но вернулся только Дарен.

— Что значит «вернулся только Дарен»? Очевидно, Винсент тоже вернулся, – усомнилась Беатрис, отбросив этикет.

— Да, но только через три дня.

— Значит, лорд Янг бросил друга во Тьме? – охнули леди. – Не может быть, он же храбрец каких поискать!

— Да-да, слава Дарена как смельчака и, простите, драчуна не вызывает сомнений, – запнулась Флора. – Он вспыльчив и кидается в бой без страха, однако факты говорят за себя: ушли двое, вернулись по отдельности, дружба в одночасье рухнула.

«Все лорды думают, что простые смертные обязаны им жизнью», – внезапно прошептала Падма под нос.

Я незаметно бросила на нее взгляд, прокручивая в голове слова леди Торрес. Ситуация ясна и очень печальна. Учитывая высокую мораль мистера Эшфорта, неудивительно, что он не смог простить другу предательства.

— Тогда второй наследник Эшфортов был вынужден принять регалии маркграфа?

— Верно. Это стало ударом для молодого лорда Франца, живущего беспечной жизнью младшего сына. Он даже не мечтал быть маркграфом, зная размер ответственности и тяжесть ноши аристократа. Поговаривают, что…

— Флора! – гневно воскликнула Эла, одергивая руку.

— Впрочем, это непроверенные сплетни, – сестра быстро закруглила рассказ.

Окружающие леди просияли от восторга, услышав магическую фразу, обещающую самое сладкое угощение. Нет ничего достовернее информации, многозначительно проходящей под грифом непроверенных сплетен.

— Говорят, у него случился сердечный срыв от перенапряжения. Лорд собирал всех рыцарей маркграфства, включая отставных, чтобы большим отрядом вычистить Тьму из леса – уничтожить то, из-за чего мистер Винсент отказался от власти и сбросил ее на плечи младшего брата, – тихо сказала Падма, игнорируя яростный взгляд леди невесты.

На протяжении чаепития мисс Коста молчала, изредка подавая голос по делу, поэтому длинная тирада стала полной неожиданностью. Только сейчас я обратила внимание, что с нашей первой встречи внешность Падмы изменилась: она будто похудела, слегка потускнела и стала прятать пальцы, испачканные в чернилах.