Онлайн книга «Требуется ходячее бедствие»
|
– Обычное стекло! – воин в ярости надавил сапогом на спину обезумевшего денщика. – Эти ублюдки куда-то дели наши амулеты, подменив их на стекляшки! Лорд Эшфорт обвел кумирню бессмысленным взглядом и внезапно понял, что из десятерых испытуемых в живых остался только один. Остальные девять остались здесь – удобрять древнюю землю, кормить своими телами Тьму. И он, Винсент, сам разбудил это чудовище. – Забираем его и уходим. Олей взбрыкнул из последних сил, надеясь повалить своего пленителя на землю и добраться до его горла – разорвать, сломать шею, оросить капище свежей алой данью. Но тяжелый кулак обрушился на его затылок, и свет померк. Глава 42 18 мая, 16:30 по Тенебрису, Августинская башня Эшфорт-холла — Счет на минуты! – гаркнула я, тычками подгоняя Кедру. – Быстрее, быстрее! На мансарде башни адски воняло духами, пролитыми на подол нежно-сиреневого платья леди невесты. Элианна старательно плакала, не забывая сосредоточенно жевать бутерброд с вяленой уткой между всхлипами. Откусывать приходилось прямо из рук леди Арнат, которая сострадательно солировала ей легким воем. — Хватит жевать, графинька несчастная! Репетируй! — Я, графиня Элианна Ланкрофт, клянусь в верности моему супругу и милорду… Обещаю быть преданной и честной супругой, быть с ним в грехе и в радости… Ой! — Правильно, горя с вас хватит. Можешь есть. Внизу вовсю гремели фанфары, сопровождающие въезжающие во двор кареты. Экипажи пребывали косяком: сбежавшие гости лезли обратно, размахивая старательно склеенными свадебными приглашениями, которые сами же порвали три недели назад. Их по возможности не пускали, ссылаясь на подделки, но хватало и тех, чьи приглашения никак нельзя было заподозрить в фальшивке. Тогда ворота распахивались, и стража с недовольством пропускала гостей. Кедра молниеносно бросилась за новым платьем и чистой водой для вспотевшей леди. — Еще семь минут, – сварливо отрезала мисс Коста. – Приличной невесте нужно оплакивать девичество не меньше часа. В списке свадебных ритуалов слезы шли сразу после танца в бабушкиных свадебных туфлях, но обязательно до традиционного сожжения первого девичьего подъюбника, подаренного Эле с началом полового созревания. Дрова для костра должен был нарубить жених, но в виду телесной слабости Франц разрешил развести огонь пачкой старых досудебных претензий. Падма тихо втиснула между досудебок несколько жалоб на ее имя. — Переодевайтесь! – Кедра швырнула платье на стул. – Ваша светлость, мадам Греко напоминает, что вы обязаны прилюдно выпить сок пай-она, чтобы стало горько. — Не-е-ет! – простонала невеста. – Он мерзкий. — Да! – хором рявкнули все. – Не капризничайте, ваше будущее сиятельство! Сиреневое платье было старым, ему на смену пришло зеленое с золотистой вышивкой – новое, но и его Эле носить едва ли три часа. Строго в соответствии с традициями накануне свадьбы невеста должна надеть старое, новое, чужое, подаренное и украденное платья, после чего обрядиться в шелковый белый халат и прямо в нем совершить омовение в ледяной воде. После омовения, если невеста с божьей помощью выживет и не передумает, ее, так и быть покормят овощным бульоном и горьким черствым хлебом. Есть иное накануне торжества запрещалось. — Не подавись, – с жалостью сказала я. Леди запихивала в себя холодные котлеты и глотала, не жуя. – Доедаем и идем красть платье. |